В событиях, последовавших покушению на жизнь Паруйра Айрикяна, после того, как он выдвинул версию российского империализма и советского КГБ, проявилась интересная особенность, характерная политическому полю Армении на протяжении всех прошедших лет. Это уклонение от ответственности в решительный или судьбоносный момент.
Причем речь не именно о конкретной личной или поименной ответственности, а об атмосфере ответственности. То есть, политические силы боятся даже оказаться в атмосфере ответственности, если даже непосредственно от них в данный момент не требуется решительного шага. Все равно, они, кажется, избегают этой ситуации, т.к. уверены, что атмосфера рано или поздно поднесет и их черед ответственности, а это политическим силам Армении не нужно.
Эта особенность ярко проявилась после покушения на жизнь Айрикяна и выдвижения им версии. Произошло нечто интересное: власть стала молча подтверждать его версию. Во всяком случае, власть не попыталась первой опровергнуть ее, отвести прицел от российского или советского направления. Власть в какой-то мере даже помогла Айрикяну разыграть это.
Первыми опровергающими стали представители, так сказать, неоппозиционного поля, которые, в лице разных партийных деятелей, в ответ на заявления Айрикяна о российском империализме стали иронизировать, высмеивать, опровергать такую возможность.
Был вариант ничего не сказать, не комментировать. Никто от этих сил не требовал встать и заявить, что Айрикян говорит правду. Айрикян сказал то, что считал нужным сказать, или, что просто является его убеждением, возможно, информацией. В данном случае неважно: это было решением Айрикяна, и он сказал то, что сказал, публично взяв на себя ответственность за это.
Он выдвинул единственную политическую версию, подтверждать которую никто не был обязан. Никакая другая партия, участвующая со своим кандидатом или не участвующая в президентских выборах, не была обязана придти и публично заявить, что Айрикян говорит правду, что нужно обсудить, что это может быть одной из версий и т.д. Был очень простой способ: не комментировать заявление Айрикяна и всего лишь заявить, что ждут официального раскрытия. Но появились комментарии, ироничные, издевательские комментарии, а член АРФД Ваган Ованнисян даже заявил, мол, «ара, да кто вы такие, чтобы в вас стреляли».
Почему политическое поле Армении поторопилось превратить в фарс выдвинутую Айрикяном конкретную версию? Есть вариант, т.е. имеется точка зрения, что все это делают именно те, кто является агентом КГБ и, так сказать, исходя из общих интересов, должны были сделать именно это. Конечно, это близко к конспирологической точке зрения, т.к. является всего лишь результатом предположений, анализа разных деятелей или личностей: во всяком случае, пока что нет конкретных фактов, которые бы подтвердили обстоятельство агентуры.
Здесь, однако, имеется другая проблема. Именно проблема ответственности. После покушения Айрикян прочертил некую линию, за которой уже формировалась атмосфера четкой ответственности. Единственным ответственным там на время или пока что является Айрикян. Молчанием первых дней какую-то ответственность взяла на себя и власть.
Остальные политические силы встали перед довольно трудной альтернативой: или остаться вне атмосферы ответственности, что прошлось бы по ним очередной волной маргинализации, либо оказаться за линией ответственности и думать о том, чтобы взять на себя какую-то ответственность в дальнейших развитиях. В обоих случаях перспектива сложная, т.к. секрет и залог существования этих сил до сих пор состояли именно в том, что они коллективно могли избежать формирования атмосферы личной ответственности.
Альтернатива одна: попытаться избежать еще раз. И скорое, достойное поведения заинтересованной стороны активное противление выдвинутой Айрикяном версии – проявление именно этой альтернативы или третьего варианта. Политические силы Армении хотя и не напрямую, но очень даже непосредственно и оперативно, по сути, взяли на себя роль защитника российского империализма и КГБ, быстро стерев ту линию, которую пытался провести Айрикян, и, показав, что они в Армении позволят провести лишь одну линию, которая уже хорошо знакома нашему обществу.
Во всей айрикяновской истории это, пожалуй, стало одной из ключевых составляющих, наилучшим образом охарактеризовав существующую в Армении общественно-политическую ситуацию или, скорее всего, отсутствие такой ситуации.
То, что наличествует в Армении, мягко говоря, будет преувеличением охарактеризовать как общественное, тем более – политическое.
