Раффи Ованнисян заявил, что подробности встречи с Сержем Саргсяном опубликует на митинге сегодня 22-го февраля. Официальный сайт С. Саргсяна сообщает, что они обсудили широкий круг вопросов касательно избирательных и поствыборных ситуаций.
После встречи Р. Ованнисян объявил обществу, что на площади Свободы отпразднуют победу народа. Что это означает: С. Саргсян признал свое поражение, или никакое предложение Р. Ованнисяна не принято, и он собирается на площади Свободы пойти на, так сказать, жесткие шаги и заявить о бескомпромиссной и радикальной борьбе против власти?
В случае Р. Ованнисяна представить радикальность несколько сложно, но в то же время общество помнит случаи, когда можно было увидеть его непредсказуемость в том или ином вопросе. И хотя до сих пор эти проявления были в вопросах локального значения, тем не менее, непредсказуемый человек таковым может быть в любых вопросах, почти до гениальности.
После встречи с С. Саргсяном Р. Ованнисян заявил, что у него намечена дипломатическая встреча. Это, кажется, подсказывает, что в этом внутреннем процессе свою роль имеют и внешние политические центры. Не исключено, что Р. Ованнисян на встрече с С. Саргсяном получил определенные предложения, а потом у иностранных дипломатов он пытается получить гарантии этих предложений, доверяя не С. Саргсяну, а этим центрам.
В чисто техническом плане это понятно, т.к. если не будет внешнего диалога, то любой диалог внутри страны С. Саргсян подчинит всего лишь собственной власти и в удобный момент просто выйдет из процесса, оставив оппозиционную сторону диалога в одиночестве и поставив ее в необъяснимое положение перед обществом, результатом чего бывает потеря общественного доверия.
А что мог предложить С. Саргсян Р. Ованнисяну?
До этого, конечно, стоит вспомнить, что Ованнисян и его команда после выборов успели сделать Саргсяну предложение о создании нового парламента и нового правительства. Это определенно логично, т.к., по сути, в результате президентских выборов сформировалось новое соотношение, и Раффи Ованнисян уже являет 37-процентную силу, которая представлена в парламенте всего пятью процентами.
Это соотношение опять-таки, как минимум, в техническом плане чревато кризисом, что может стать хорошим основанием для того, чтобы вопрос внеочередных выборов внести в повестку дня. Обсуждался ли этот вопрос во время встречи Саргсян-Ованнисян?
По всей вероятности, да. Или, правильнее будет сказать, что кроме этого вопроса другой вопрос и не мог обсуждаться по той простой причине, что другой вопрос не может содержать в себе достаточную взаимную выгоду и компромисс для обеих сторон. Если будет обсужден вопрос сдачи власти, то на него однозначно отрицательно отреагирует С. Саргсян, а если будет обсужден всего лишь вопрос второго почетного места по части какой-либо должности или места в правительстве, то это, в свою очередь, по всей вероятности, однозначно отрицательную реакцию должно вызвать у Р. Ованнисяна.
Вот в этой ситуации самой рациональной темой становится идея внеочередных выборов парламента.
Чем она рациональна для С. Саргсяна? Здесь он, по сути, может ничего не потерять, вновь сохранить парламентское большинство РПА и удовлетворить Р. Ованнисяна за счет остального сегмента НС, причем даже за счет ПОЕ, т.к. в этой ситуации эта партия для РПА становится абсолютно лишней силой. Причем вариант внеочередных выборов парламента, наверное, является единственным, который Р. Ованнисян может сравнительно легко преподнести обществу в качестве компромиссного варианта против провозглашенной им победы на президентских выборах, когда он сможет сохранить свое лицо перед обществом.
Однако проблема в данном случае, по всей вероятности, касается длительного обсуждения вопроса, т.е. не может стоять задача обсуждения непосредственного или сиюминутного решения. Конечно, также нет сомнений, что в это время власть всячески постарается ослабить Р. Ованнисяна, и в этом деле как минимум частично союзниками власти могут стать другие парламентские силы, за счет которых и предвидится компромисс между Саргсяном и Ованнисяном, если, конечно, последний сможет удержать общественную активность и этот компромисс состоится.
В целом, в Армении ситуация в какой-то мере повторяется в плане формата, просто уже с другой, так сказать, идеологической насыщенностью, т.к. у «Наследия», возглавляющего общественную активность, совсем другие подходы в ключевых стратегических вопросах, нежели у АНК и ППА.
Хорошо это или плохо, намного ли эффективнее, рациональнее или перспективнее они – это уже тема для другого разговора.
