В редакционной статье газеты «Аравот» говорится: «Начиная с 1996-го года, выборы в Армении всегда фальсифицировались. И последние тоже. Все кандидаты, официально занявшие второе место на президентских выборах (кроме Карена Демирчяна в 1998-ом году) заявляли, что на выборах победили именно они, набрав 60, 70 или 80 процентов голосов избирателей, несмотря на то, что нет никакой возможности проверить эти утверждения, так как те избирательные бюллетени, которые оказывались в урнах в результате избирательных взяток или повторных голосований, не отражают реальной картины. После выборов 1996-го года сторонники оппозиции скандировали «Вазген – президент!», в 2003-ем году – «Демирчян!», в 2008-ом – «Левон – президент!», а сейчас – «Раффи – президент!». В первых трех случаях сторонники официально занявших второе место кандидатов – Вазгена Манукяна, Степана Демирчяна и Левона Тер-Петросяна организовывали многолюдные митинги, однако не сумели добиться своей окончательной цели – смены власти не состоялось.
А сейчас четвертую попытку осуществляет Раффи Ованнисян, который выбрал свой стиль и свою тактику. Те, кто в прежние времена попытались и не добились успеха, конечно, могут выносить оценки или давать советы, однако не могут, как мне кажется, надсмехаться и унижать те методы, которые избрал этот политический деятель. Если, предположим, поломка забора Национального Собрания или голов руководителей парламента не привела к восстановлению в стране демократии и законности, то Вазген Манукян и Аршак Садоян, по сути, не должны давать Раффи совета, как еще что-либо поломать.
Да, нынешний лидер оппозиции является носителем совершенно иной культуры, он с уважением говорит о действующем президенте, он просит прощения у сотрудника полиции, с которым вступил в спор, он встречается с президентом и спрашивает о здоровье супруги последнего. Лично мне этот нестандартный для Армении стиль импонирует, он мне кажется более прогосударственным и цивилизованным. Если не доказал, что крушить, ломать, ругаться, навешивать ярлыки, искать под каждым кустом «предателей» и «продажных» более эффективно с точки зрения «установления конституционного порядка», значит, и требовать этого от оппозиционного кандидата в президенты не очень логично.
Конечно, отличается и поведение действующего президента. Он не страдает фрейдистскими комплексами, которые бы заставили его по всякому поводу демонстрировать свою силу, у него нет такого министра обороны, который бы решал судьбу государства и выборов. Какой будет развязка нынешней поствыборной напряженности – мне неизвестно, и это, откровенно говоря, для меня не является самым важным вопросом. Наиболее существенно то, что в настоящее время есть шанс, что эта развязка будет без насилия, репрессий и размежевания общества».
