В редакционной статье газеты «Аравот» говорится: «Мы – армяне – любим обсуждать глобальные вопросы: из серии «и чем все это закончится?». В этих абстрактных обсуждениях непременно должны присутствовать понятия «режим» и «народ», которые, только Богу известно, что на самом деле могут означать. Я, к сожалению, не могу повыситься до этого уровня абстракции и по этой причине я беспокоюсь о конкретных людях и конкретных проблемах.
Я не хочу, чтобы преподавателей ВУЗов исключали с работы за то, что они выразили свою политическую позицию. Я не хочу, чтобы женщину, выразившую свое мнение о мэре Севана, отводили в полицию. Я не хочу, чтобы в команде властей были лица или группы лиц, которые на выборах «приносят властям голоса», так как эти лица и группы дорого обходятся как самим властям, так и государству. Я не хочу, чтобы имя-фамилию Сержа Саргсяна писали с маленькой буквы, так как во-первых, я в этом не вижу какого-либо геройства, это сегодня совершрнно безобидное занятие, и, во-вторых, от этого не уменьшится ни число эмигрантов, покидающих Армению, ни коррупция. Я не хочу, чтобы Мгер Тохмахский или Шмайс были депутатами – занимая места более образованных и более знающий людей. Я не хочу, чтобы Сурик Хачатрян был губернатором, так как именно из-за таких людей опустошаются наши города и села. Я не хочу, чтобы сторонники одного кандидата считали сторонников другого кандидата врагами, провокаторами, продавшимися и так далее. Я не хочу, чтобы на площадях составляли «проскрипционные» списки тех людей, которые не были с народом, и не боролись против «режима». Я не хочу, чтобы в составе «теневого», а затем – в случае победы оппозиции «светлого» правительства были люди, которые громче всех кричали на митингах: у нас есть в этом частичный опыт – после Движения 1988-го года. Я хочу, чтобы Тигран Аракелян вышел из тюрьмы. И, наконец, я очень хочу, чтобы все наши политические деятельности хотя бы немного походили на Анаит Бахшян.
На все это мои политизированные и покорившие вершины абстрактного мышления соотечественники могут ответить: «Все будет хорошо, когда народ свергнет режим». Очень возможно. Было бы прекрасно, что после этого соперничества (надеюсь – мирного) между «народом» и «режимом» в Армении началась хорошая и счастливая жизнь. Однако я не считаю, что эта жизнь может быть абсолютно счастливой, и настолько счастливой, что больше не надо будет думать о конкретных людях или явлениях».
