После созванного Раффи Ованнисяном митинга 5-го апреля оставшееся впечатление двойственно. С одной стороны, это был самый немноголюдный митинг после президентских выборов, с другой стороны, энергетика этого митинга была наибольшей. Это было обусловлено несколькими факторами, прежде всего, конечно, тем, что выступил молча сопровождавший движение с первого дня Карин Ованнисян – сын Раффи Ованнисяна, который прочел письмо его деда Гаспара.
Все это, конечно, было нацелено на одну-единственную мишень – 9-ое апреля. В этот день Раффи Ованнисяну нужна многолюдная площадь, и по этой причине также – его выступление 5-го апреля было, похоже, самым жестким в своих формулировках, самым эмоциональным и, можно сказать, самым наступательным и атакующим. Раффи Ованнисяну нужно генерировать эмоции и обеспечить интерес и многолюдность для 9-го апреля. Однако, в то же время, Ованнисян своей риторикой, предшествующей 9-му апреля, митинговой эмоциональностью и активным вовлечением сына в игру шлет мессидж Сержу Саргсяну.
Мессидж этот, как представляется, состоит из двух частей. Во-первых, чтобы у властей не возникло соблазна организовать какую-либо провокацию до 9-го апреля, и во-вторых, чтобы до 9-го апреля Серж Саргсян сделал бы какой-то шаг навстречу Раффи Ованнисяну. Этот момент стал очевиден особенно после того, когда Раффи Ованнисян объявил, что до 9-го апреля у Сержа Саргсяна есть время, и если у него или у Его Святейшества католикоса есть что сказать, то они готовы выслушать это. До 9-го апреля остается недолго, и Серж Саргсян, по сути, в своем распоряжении имеет очень мало времени, чтобы действовать. Или же Серж Саргсян возьмет паузу и подождет, чтобы увидеть, сколько человек соберет Раффи Ованнисян на площади и какие программные предложения он выдвинет, как он обещал на 9-ое апреля.
Но в целом, заметно, что Серж Саргсян и Раффи Ованнисян на данный момент решили друг другу не мешать, не видя в этом политической целесообразности, что также и естественно. Но так не может продолжаться долго, и тактика взаимного невмешательства после 9-го апреля станет мешать, по меньшей мере, одному из них. А именно кому из них – сегодня сказать трудно, поскольку все зависит от их последующих действий. С этой точки зрения, ситуация остается туманной, но ясно то, что здесь не все в руках Раффи Ованнисяна или Сержа Саргсяна, и многое может решиться в иных развитиях внутренней и внешней среды, когда создастся положение, когда Раффи Ованнисян и Серж Саргсян будут заинтересованы в правильных шагах друг друга.
