9-ое апреля стихийно продолжается и сегодня – в виде тех обсуждений, которые бурно протекают в связи с произошедшим в этот день. В частности, многие обсуждают вопрос, кому было выгодно столкновение 9-го апреля. Разные группы, слои, наблюдатели в разных форматах пытаются понять: кому могло быть выгодно столкновение – Сержу Саргсяну, Раффи Ованнисяну, Роберту Кочаряну, Левону Тер-Петросяну, Гагику Царукяну? Кому? Ясно, что в этом множестве имен не может содержаться однозначного ответа, и не может быть также точного ответа по той простой причине, что нет и, по всей вероятности, не будет доказательств, что это столкновение подстрекали по заказу или с ведома одного из лиц.
Есть мнения и аналитические выкладки о возможных организаторах или заказчиках столкновения. А с этой точки зрения, конечно, рациональные зерна могут быть во всех вариантах, в одном чем-то больше, в другом, может, несколько меньше. Для анализа, разумеется, это «несколько» также имеет существенное значение, в варианте – а кому больше всех было выгодно? И это потому, что столкновение могло быть одновременно нескольким силам, причем, силам с противоположными, с первого взгляда, интересами.
Важным здесь является другой вопрос. Ситуация близилась к столкновению. Кто подстрекал – сегодня не существенно. Может это был Серж Саргсян, а может – Раффи Ованнисян, Кочарян, может, какая-то внутренняя или внешняя сила, но по большому счету – это всего лишь следствие ситуации. Проблема в том, что общая ситуация в стране продолжает оставаться такой, что насилие является одним из вполне возможных выходов в развитии событий, и всего лишь нужны мгновения, чтобы этот «выход» произошел. Вот в чем главная проблема. О ней должны задуматься все те, кто не только не является сторонником подобных выходов, но также считает, что пути для такого «выхода» должны закрыться по возможности плотно. В конечном счете, возможно, кто-то провоцировал, исходя из своих политических расчетов, но возможно, по меньшей мере теоретически, что перспектива насилия и столкновения становилась настолько реальной просто вследствие ошибки, промаха.
Никакая политическая сила не гарантирована от провокаций и промахов, и ни в одной стране нет полной идиллии человеколюбия. Потому и создаются механизмы, традиции, которые нейтрализуют фактор человеческой ошибки, доведут его влияние до минимума, чтобы за несколько минут ситуация не дошла до кровопролития. В Армении, пока что, создавались и создаются предпосылки только для противоположного – для насилия. Нетерпимость к насилию в Армении имеет пропагандистский, но не системный характер. А первым ответственным здесь является власть. Более того, власть, возможно, здесь является единственным ответственным, поскольку ответственность других акторов прямо или косвенно является производным от уровня реализации ответственности властью.
На церемонии инаугурации Серж Саргсян сравнивал время в пятилетней динамике. Несколько часов спустя, однако, стало известно, что разница очень небольшая. Есть, конечно, поскольку если пять лет назад человеческой трагедией завершилось все, то сегодня стало возможно избежать этого всего. Однако, для Сержа Саргсяна зазвучал серьезный сигнал тревоги, и сколько бы ни находили виноватых за напряженность или столкновение, все равно, этим вызовов для Сержа Саргсяна меньше не станет. Единственным императивом остается следующее: нетерпимости к культуре и логике насилия придать не пропагандистский характер, а характер системных действий.
Фото – PanARMENIAN Photo
