24-ое апреля в Армении проходит в определенно традиционном русле. По сложившейся традиции 23-го апреля проходит факельное шествие, в ходе которого сжигается турецкий флаг, затем утром следующего дня, согласно традиции, начинается людской поток к Мемориалу в Цицернакаберде, телеканалы, опять-таки по традиции, показывают все это в прямом эфире, в эфире бывают гости, им задают те же вопросы, получают те же ответы, та же власть посещает Цицернакаберд, с теми же лицами, с тем же молчанием, уходят, ничего не сказав, и так далее.
Но 24-ое апреля 2013-го года получилось с некоторыми особенностями, причем, содержащими интересные и, по-видимому, концептуальные тенденции. К примеру, с заявлением выступили два армянских католикоса – Католикос всех армян Гарегин Второй и Католикос Великого дома Киликийского Арам Первый, которые у Турции потребовали возмещения армянскому народу за понесенные потери – церкви, культурные ценности, церковное имущество и др. Это беспрецедентное требование, которое в прошлом если и было, то не в виде подобного официального заявления.
В то же время, заметно, что намного больше стало говориться о проблеме компенсации, намного больше, чем в дни памяти прошлых лет, во всяком случае, за годы независимости. Официальный Ереван пока молчит. Более того, с этой точки зрения Ереван выделялся в противоположном: заверял Турцию, что Армения не может предъявлять территориальные претензии Анкаре. Об этом, например, в годы своего президентства заявил Роберт Кочарян в интервью турецкому журналисту Мехмету Али Биранду.
Но очевидно, что такая позиция для официального Еревана была дипломатическим шагом и преследовала цель избежать лишних проблем с Турцией, которых и так уже было немало. Но эти усилия официального Еревана, эти жесты Турция не только не оценила по достоинству, но фактически еще и проигнорировала, никак не меняя свою позицию в вопросе урегулирования отношений с Арменией. Цинизм турецкой государственной политики достиг пика в результате «футбольной дипломатии» Армении.
И сегодня, то, что поднимается тема компенсации, пока на негосударственном, но на уровне довольно заметном окологосударственном, является, похоже, государственным ответом Армении на неуступчивую политику и цинизм Турции. Но является ли это стратегией, или же это всего лишь конъюнктурный шаг под влиянием момента? Сказать трудно, это покажет время. Вполне вероятно, что Армения просто стала постепенно усиливать давление на Турцию навстречу 100-летней годовщине Геноцида армян. И не исключается, что официальный Ереван все это делает не без согласования в международными политическими центрами или, по меньшей мере, обсуждения.
Хотя здесь очень важно то, чтобы Армения, независимо от мессиджей извне, в своих действиях имела бы четкие стратегические представления – как продвигать задачу компенсации, это как постановка вопроса государственной политике. Сомнения нет, что данный вопрос довольно деликатный как с точки зрения международной политики, права, так и перспективы армяно-турецких отношений. И здесь, конечно, очень важно, чтобы продвижение вопроса было бы на должной скорости – чтобы не отстать, чтобы не слишком выходить вперед. И главное, чтобы вопрос оставался в государственно-правовом арсенале Армении, а не становился разменной монетой или игрушкой в руках той или иной державы в ее отношениях с Турцией.
