Еще в 2011-ом году, когда в системе власти произошли несколько шумных кадровых перестановок, в обществе сформировалось ожидание, что все это получит более интенсивное продолжение ближе к президентским выборам, поскольку тем самым Серж Саргсян постарается заверить общество, что будет бороться за изменения в обществе, что имеет волю к борьбе с коррупцией, что привнесет новое качество во власть, удалив старое раз и навсегда.
Но Серж Саргсян решил, похоже, идти по более легкому пути и не убеждать общество конкретными делами, удалив из системы тех, которые успели у общества возбудить все возможные отрицательные эмоции, а удалить с пути всех своих основных соперников на президентских выборах, которых таковыми считало хотя бы и воспринимало общество. Серж Саргсян, по всей видимости, подумал, что достаточно вывести из процесса президентских выборов «Процветающую Армению» (ППА), а вслед за ним и АНК с партией Дашнакцутюн, то и нужды не будет убеждать общество в чем-либо, тем более держать в тревоге систему власти и олигархию – в ожиданиях кадровых чисток. Но Серж Саргсян на деле убедился сам, что можно заниматься разве что самообманом, но обмануть общество – невозможно.
Хотя он вывел из предвыборной борьбы своих основных, объявленных, «разрекламированных» оппонентов, тем не менее, это ему ничем не помогло, и общество пошло и дружно, смело проголосовало за Раффи Ованнисяна. В результате этого перед Сержем Сергсяном вдруг открылась еще более позорная картина. Весь смысл этой картины состоял в том, что общество давно уже не судит по принципу «наименьшего из зол», и оно не довольствуется тем, что ему формируют фон и стараются на этом фоне выглядеть как наименьшее из зол или как нечто безальтернативное. Нужно работать конкретно, делать конкретное дело, чтобы общество увидело, пощупало и поверило. Но ход кампании к выборам Совета старейшин Еревана показывает, что несмотря на явный провал на президентских выборах и соответствующую очевидную картину после них, Серж Саргсян и его власть ни в коей мере уроков не извлекли: кампанию к выборам и вообще свои подходы к выборам ведут так же и туда же, как на выборах президента.
Очевидно, что основная надежда, акцент – это фальсификации, чтобы Тарон Маргарян получил возможность стать мэром, для этого нужно, чтобы РПА набрала не менее 40 процентов голосов. Если бы урок пошел впрок, то Серж Саргсян использовал бы нынешний период времени для нескольких важных, хотя бы кадровых решений, которые убедили бы общество, что после президентских выборов он намерен существенно изменить характер правления и его содержание. Произошли громкие отставки в Полиции, которые должны быть последовательно и системно продолжены в других сферах, чтобы рассматриваться как реальная тенденция. То есть, Серж Саргсян период времени в два месяца после президентских выборов, в дни после 9-го апреля так и не попытался укрепить позиции своей партии, а также позиции своего мэра, навстречу выборам Совета старейшин, чтобы не повторилась картина президентских выборов.
Но с другой стороны, Серж Саргсян, может, этого и хочет? То есть, повторения картины, чтобы Тарон Маргарян вдруг не стал мэром легче, чем он стал президентом. В обратном случае, понятно, что эта ситуация нанесет серьезный удар репутации Сержа Саргсяна, если Тарон еще легче и более спокойно станет мэром. По этой причине и Серж Саргсян не заинтересован в легких результатах Тарона Маргаряна. Стало быть, логично, почему он за это время так и не попытался сделать какой-либо шаг ключевого значения для улучшения имиджа власти.
Получается, если до президентских выборов он на такие шаги не пошел, чтобы не настроить против себя правящую систему, и считал, что, решая вопрос соперников, можно решить вопрос выборов, то теперь он не идет на такой шаг, чтобы, так сказать, сохранить равновесие внутри власти и не допустить, чтобы Тарон Маргарян и его окружение считали, что в обществе пользуются большим авторитетом, чем сам Серж Саргсян. Потому что подобная трактовка была бы внутри власти использована так или иначе для ослабления позиций Сержа Саргсяна.
Стало быть, Серж Саргсян пытается дистанцироваться от системы, от того, чтобы остаться в моральном долгу перед правящей партией: проблема, дать решение которой Серж Саргсян думал по результатам президентских выборов. Но получилась почти противоположная картина – провал с треском, и теперь на выборах Совета старейшин Еревана Серж Саргсян вынужден, с одной стороны, преодолевать политическое сопротивление соперников, с другой – моральное сопротивление однопартийцев.
