21 год назад был освобожден Шуши. Это был не только важным, переломным эпизодом Карабахской освободительной войны и не только знаменательной победой в богатой сражениями армянской истории, но и особым проявлением мысли, воли, духа, черты характера и поведения армянского народа. Кажущийся неприступным, Шуши был освобожден именно благодаря самоотверженному порыву этой собирательной мысли и воли.
Этот военный подвиг был не только прекрасной предтечей для последующих военных успехов, но и для государственного строительства в гражданской жизни, которое армянский народ был вынужден осуществлять параллельно с войной. Но в этом деле, к сожалению, Шуши не стал исходной точкой, примером подвига, не стал целостным источником вдохновения. За освобождением последовали другие важные военные победы и, наконец, победное перемирие, однако, по ходу последующего за этим государственного строительства постепенно угасла связь с этими подвигами, и строительство мира не стало продолжением победы в войне.
В течение государственного строительства армянский народ, лица и группы, взявшие на себя ответственность за это строительство, по сути, так и никогда не поставили перед собой цели, равнозначные освобождению Шуши во время войны, и, следовательно, не достигли их реализации, благодаря той же мысли, той же воле и тому же подвигу. Более того, на смену общности пришла групповщина, мысль сменилась на инстинкт, а воля уступила аппетиту.
В праздничные дни вроде не принято предаваться такого рода размышлениям, но в настоящее время Армения и Карабах переживают такой судьбоносный, переломный период и ситуацию, что рабочие по характеру размышления не должны прекращаться даже в праздники. И нельзя прекращать называть вещи своими именами не только ни на один день, но и ни на одну минуту и секунду! Перед Республикой Армения, обществом Армении встал категорический императив: в деле государственного строительства поставить перед собой, наконец, равнозначную цель и проявить соответствующую мысль, волю и храбрость для достижения этой цели.
В настоящее время перед обеими армянскими государственностями, Арменией и Нагорным Карабахом, встал именно этот императив – императив подвига. Мы не в обычном положении, чтобы удовлетворяться обычным течением государственных дел. Мы в неординарном положении, и от нас требуются неординарные, героические решения, чтобы наш мир был адекватен нашей победе в войне и стал достойным продолжением этой войны.
Сейчас уже мы обязаны победить самих себя, пока от самих себя не потерпели окончательного поражения!
