То, что произошло 18-го мая на трассе Ереван-Севан, стало предметом бурных общественных обсуждений, и они не стихают до сих пор, и, по всей видимости, еще долгое время будут находиться в центре внимания. Дело в том, что здесь имеем дело не с конкретным трагическим случаем, но с цельным, многосторонним и многослойным явлением, который дает повод для довольно грустных раздумий.
Сегодня многие отмечают, что превращение тела покойного в «экспонат» акции протеста чуждо армянской культуре и представлениям. И, возможно, они правы, однако, это есть разговор о последствиях, что выказывает его бесплодность.
Контролировать последствия бессмысленно, т.к. причины сегодня стали в десятки раз сильнее и глубже. Да, в Армении многие явления и реалии отдалились от армянской культуры и представлений, но в чем причина этого?
Причина в том, что в Республике Армения, как в государстве, не сформированы важнейшие механизмы организации государственной и общественной жизни. Однако несформированность – еще полбеды. Возможно, последствия не были бы столь трагичными и страшными, возможно, не выразилось бы убийствами и отчаянными решениями…
Но проблема в том, что в государстве институты последовательно извращались из-за безумной борьбы за власть. То есть, институтов не только нет, но имеет место извращенное состояние, извращенные понятия и механизмы, что и приводит к проявлениям неестественной отчаянности. Все это – проявление банкротства государства. Причем речь идет не о финансово-экономическом банкротстве. Это тоже всего лишь следствие. Речь идет об идейно-ценностном, моральном банкротстве, речь о банкротстве мышления, чувственном банкротстве, институциональном банкротстве.
Родственники погибшего военнослужащего в данном случае явили концентрированную картину общества Армении. Общество находится в безвыходном положении, безвыходном – во всех сферах: социальной, правовой, моральной. И если на этот раз удалось уговорить родителей солдата, чтобы они не довели до конца отчаянное решение и не привезли тело своего сына в Ереван, то завтра вряд ли удастся пресечь проявление другой сконцентрированной картины общественного отчаяния, по какому бы поводу и какой бы она ни была.
То есть, субботнее событие вовсе не получило свою развязку, и даже раскрытие преступления не может быть разрешением вопроса, т.к. уже давно идет не о конкретном случае, т.к. это давно уже вышло за тесные рамки и проявляет целостное общественное состояние. Были ли подстрекатели отчаяния или нет, это уже абсолютно не имеет никакого значения. Подстрекатели всегда найдутся, однако главным подстрекателем является действительность, следовательно, первейшим ответственным за это является власть.
Это власть подстрекает противное культуре отчаяние, т.к. не выполняет свои прямые обязанности – обслуживать общественные интересы и обслуживать посредством механизма естественной работы государственных институтов.
Это отчаяние подстрекалось годами бездействием, кристаллизацией преступной системы под фасадом государства. Сейчас оно вернулось, подобно бумерангу, и не могло не вернуться. А бумерангов за это время было выпущено слишком много, следовательно, остается либо ждать дождя или града бумерангов, от которого не спасет ни один зонтик или противоградовая установка, и власть, возможно, наконец поймет крестьянина, поймет до возвращения бумерангов, и, наконец, возьмутся за формирование государства не только в фасадной части.
Фото – Photolur
