Собеседник первого Информационного – директор Армянского центра политических и международных исследований Агаси Енокян.
— Господин Енокян, на данный момент вокруг Армении создалась такая ситуация, что, кажется, настал момент выбора – Евразийский союз или Ассоциативное соглашение? Как Вы оцениваете ситуацию?
— Полагаю, это обусловлено двумя факторами. Первый: наступает время подписания каких-то документов – в ноябре предстоит парафирование Ассоциативного соглашения, и, хочешь, не хочешь, процессы становятся более интенсивными. С другой стороны, как в связи с этим, так и независимо от этого, президент России Путин становится более агрессивным. Знаете, что в России замедлились темпы экономического роста, есть множество проблем с правами человека, внутриполитические проблемы. И он пытается внешнеполитическим шоу прикрыть остальные вопросы.
— Но насколько это путинское шоу, организованное для давления на Армению в плане его вступления в Евразийский союз, может прикрыть экономические и внутриполитические проблемы РФ?
— В любом случае он попробует. На самом деле значение Армении тут невелико. На данный момент Евразийский союз сконцентрирован на Украине, т.к. если ничего не получится с Украиной, а с Украиной ничего не получится, остальное — уже миф. А внутренние проблемы, наверное, прикроет. Например, возьмем американскую политику в Грузии несколько лет назад: свои внешнеполитические провалы Джордж Буш попытался прикрыть посредством шоу в Грузии, мол, смотрите, какие у меня тут успехи. Тут вопрос пиара, чтобы суметь преподнести, мол, да, мы все сделали, но… Или, да, мы все сделали, так как… Путину кажется, что он сможет. Но сказать трудно.
— А почему Вы считаете, что в вопросе Украины не получится?
— В случае Армении также не получится. Вопрос здесь не во вхождении или не вхождении в Евразийский союз. Просто идет борьба символов. Даже украинские олигархи понимают, что лучше быть независимыми, нежели под влиянием России, т.к. в этом случае они находятся в более выгодном положении. То есть, нет фактора, нет силы, которая бы заставила Украину войти в зону влияния России. И, наконец, РФ – бесперспективная страна, а Европа обещает Украине большие перспективы. И Украина, в конце концов, имеет возможность стать частью Восточной Европы.
— Вам кажется, что Армения для РФ менее значительна? Ведь существует общепринятое мнение, что если РФ потеряет Армению, то потеряет свое влияние во всем регионе.
— Россия не теряет Армению. Имеющегося присутствия России в Армении вполне хватает для сохранения влияния в регионе. Просто РФ хочет еще большего присутствия, и чтобы Армения вместе с другими странами была во всех ее программах. В этих обстоятельствах Армения пытается бороться, продвигать свою логику быть независимой. А в таком случае, т.к. независимость противоречит русофильству, то и означает Ассоциативное соглашение, означает Восточное партнерство, европейскую направленность.
— Почему Вы считаете, что в случае Армении Россия также не будет иметь успеха в вопросе Евразийского союза? Или Армения парафирует Ассоциативное соглашение?
— Я считаю, что в случае Армении ничего не получится, т.к. Армения до сих пор довольно удачно маневрирует, тянет время. А Ассоциативное соглашение, конечно, парафирует, т.к. это просто подтверждает, что Армения ведет независимую политику. С другой стороны, парафирование для властей Армении, для недемократических институтов не создает каких-либо проблем, т.к. все хорошо знают, что не выполнят обязательств соглашения.
— А можно ли сказать, что Евразийский союз почти не имеет перспектив?
— Евразийский союз изначально был мертворожденной программой. Для осуществления этой программы у России нет никаких ресурсов – ни идеологических, ни финансовых. Для работы над этим нет даже дипломатических ресурсов. С другой стороны, конечно, выгоды в связи с этим никому не понятны, даже для самой России. Путин продвинул эту программу в качестве шоу, для прикрытия под этим своих огромных провалов во внутренней политике.
— В Варшаве Серж Саргсян заявил, что ожидает «полноценную и четкую оценку неприемлемости» со стороны Евросоюза в связи с закрытыми армяно-турецкими границами и невозможностью эксплуатировать аэропорт Степанакерта из-за угроз Азербайджана. Значит ли это, что С. Саргсян ставит условия перед ЕС в связи с парафированием Ассоциативного соглашения? Или может он этим подготавливает почву для отказа от Ассоциативного соглашения?
— Я не думаю, что он поставил условие, и более склонен к мысли, что фактически этим С. Саргсян утвердил повестку дня. Показал те конкретные выгоды, которые Армения ожидает получить от этого союза или от Ассоциативного соглашения. Сказать, что это ультиматум, мол, пока эти вопросы не будут решены, я не подпишу, по-моему, будет неправильно. Скорее всего, это демонстрация ожиданий, мол, ладно, я подписываю, беру на себя обязательства по демократизации и другим вопросам, но и вы дайте мне что-нибудь взамен.
— А насколько реальны эти ожидания?
— Препятствия открытия армяно-турецкой границы, полагаю, преимущественно эмоциональные. То есть, это действительно реально. Даже не стоит ставить это условие перед Европой. А главным препятствием открытия границы сегодня, наверное, является Россия.
— Почему Россия?
— Потому что если армяно-турецкая граница откроется, если решится вопрос Нагорного Карабаха, то народы Кавказа поймут, что Кавказские горы не соединяют их с РФ, а разъединяют от РФ. И тогда уже не будет нужды смотреть на север. Можно смотреть в первую очередь на запад, потом на юг. Так что, открытие армяно-турецкой границы и решение Карабахского вопроса существенно изменят географию региона.
