За значительный вклад в деле армяно-российского сотрудничества в сфере правосудия и в связи с 95-летием судебной системы Армении вчера 1-го июля Серж Саргсян наградил прибывшего в Ереван генпрокурора России Юрия Чайку.
Выражение «армяно-российское сотрудничество» в сфере правосудия довольно оригинально, учитывая состояние и уровень систем правосудия в обеих странах. Это примерно являет вариант получения плюса двумя минусами, когда в двух странах по отдельности правосудия нет, но имеется армяно-российское сотрудничество в вопросах правосудия. Хотя, возможно, цель сотрудничества именно в том и состоит, чтобы по отдельности правосудия не было ни в Армении, ни в России. Однако, если власть кого-то награждает, то официальные объяснения и обоснования в таких случаях не особо связаны с реальными мотивами. А побудительные причины награждения генпрокурора России, наверное, имеются.
Возможно, Серж Саргсян попытался по возвращении из Польши сделать какой-то жест и в сторону России. Визит Чайки был хорошим поводом для этого. Визиту С. Саргсяна в Польшу Россия придала очень большое значение. Буквально накануне визита в Армению прибыл секретарь Совбеза РФ Николай Патрушев, которого президент РА принял в нерабочий день – воскресенье, что означает, что вопрос был в несколько раз значимее чисто протокольного. А на следующий день С. Саргсян отбыл в Польшу.
Польша является координирующим государством в программе ЕС «Восточное партнерство», а Армения в рамках этой программы углубляет отношения с ЕС и идет на парафирование Ассоциативного соглашения и Соглашения о режиме свободной торговли, что ожидается на ноябрьском саммите Восточного партнерства в Вильнюсе.
Судя по информационному потоку в связи с польским визитом, в варшавской повестке дня были поставлены ключевые вопросы, и после этих обсуждений С. Саргсян почувствовал необходимость угодить России. Однако не исключено, что награда или медаль, врученная генпрокурору РФ, имела более раннюю историю.
В частности, несколько месяцев назад в армянской прессе появилась информация о наличии в России материалов насчет злоупотреблений бывших и нынешних высокопоставленных должностных лиц Армении. Более того, представитель Антикоррупционного общественного совета РФ заявил, что дела передают в Кремль и Прокуратуру. Он даже назвал имя Роберта Кочаряна.
Эти истории как неожиданно появились на первых страницах армянской прессы, так же исчезли или стали пассивными, и в настоящее время никому, кажется, неизвестно, что из них было реальностью, а что сказкой, и вообще, что стало с этими материалами? Общество вдруг заинтересовалось ими, а сейчас интерес спал. Вообще, примечательно, что активных откликов на эту тему со стороны политических сил и власти, кажется, не было.
Возможно, в этих историях и заключается роль генпрокурора Чайки, за что С. Саргсян его награждает. Хотя тут Чайка всего лишь олицетворяет власть России, было бы просто неудобно с той же формулировкой наградить Путина или Медведева. Только вот неясно, чем эта роль удостоилась благодарности С. Саргсяна.
Может тем, что распространяя заявления о наличии компромата, Россия во внутривластной борьбе в Армении определенным образом приструнила, так сказать, кочаряновское крыло? Или тем, что Россия не дала ход этим материалам и не смешала друг с другом бывшие и нынешние власти, не порубила лес на щепки. Вероятны оба варианта, а может и одновременно оба варианта, в том смысле, что Москва выпустила джинна из бутылки, но так, чтобы тот не очень удалился и быстро вернулся в свою лампу, не натворив дел и не наломав дров.
Во всех случаях С. Саргсяну есть за что благодарить генпрокурора России, что он и сделал. А это значит, что армяно-российскому сотрудничеству в сфере правосудия светит долгое будущее, из чего можно сделать вывод, что в обеих странах не совсем светлое будущее имеет само правосудие. Это, конечно, не может воодушевлять общество Армении, т.к. правосудие является краеугольным камнем развития любого государства и общественной формации. Неслучайно, что и Армения, и Россия, как государства, находятся в мягко говоря, беспокоящем состоянии.
Дело в том, что есть государства, где правосудие награждается на уровне персон, а есть государства, где само правосудие является наградой для общества. В обоих случаях государства имеют место быть, просто во втором случае – это государства в полном смысле этого слова, а в первом – это государства лишь с фасада.
