В армянских и российских социальных сетях бурно обсуждается происшедшее в Новой Москве. Грузовик столкнулся с автобусом, почти проломил его, погибли 18 и были ранены около шести десятков людей.
Водитель грузовика Грачья Арутюнян остался жив, он является гражданином Армении, поехавшим в Россию на заработки, чтобы заработать на могилу сына. Под этой информацией – целая трагедия, скорее всего – целых 19 трагедий, в которых с правовой точки зрения имеются виновные и пострадавшие, что, однако, никак не отображает полноту этой человеческой трагедии.
Общество Армении было потрясено выставленным накануне в сетях видеоматериалом, в котором водителя-армянина, в отношении которого мерой пресечения был избран арест, привезли в суд в уничижительном виде – в женском халате. И это показывали по всей России, где сегодня, несомненно, царят бешеные настроения и по отношению к водителю, и по отношению к, так сказать, «понаехавшим». И эти взаимные настроения и характеристики, крайние подходы вполне понятны. Иначе быть не могло.
Однако, в то же время, конечно, абсолютно непозволительно, что на общественном уровне превращая эту человеческую трагедию в крайние проявления и без того в проблематичных отношениях между Арменией и Россией, порождают новую проблему, да еще такую опасную на уровне общественных настроений. Поэтому необходимо, чтобы власти обеих стран были адекватными происшедшему.
В плане обществ чувствительная реакция естественна, но ответственность за удержание этого в пределах разумной степени опасности лежит на властях, что, однако до настоящего момента ими, кажется, не осознается. Преступление должно получить правовую оценку, это бесспорно.
С другой стороны, однако, несомненно, если все будет происходить в сопровождении таких уничижительных актов, которые уже показали российские СМИ, то это уже будет не меньшим преступлением в отношении обществ.
Наконец, само это происшествие, по сути, является порождением преступления. Грачья Арутюнян поехал в Россию, потому что в Армении не мог найти работу, которая помогла бы ему утешиться, поставив могильную плиту сыну. А работы у него нет, потому что возможностями работы владеют власти Армении и несколько людей, захвативших ресурсы страны и бросающих обществу лишь крохи.
По сути, жертвой преступления является также 21-летний сын Грачья Арутюняна. Как писали в прессе, он скончался от рака, а рак появился в результате удара, полученного во время службы в армии.
То есть, московская трагедия в действительности началась в Армении, в армянской преступной действительности, и, несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи, очевидно, что преступление порождает преступление, и это тот случай, а также свидетельство, когда это выражение имеет не только прямой смысл.
В Москве имело место лишь продолжение преступления, приняв большие масштабы и забрав жизни абсолютно безвинных людей, окончательно разрушив также жизнь семьи, пережившей трагедию в армянской действительности. И самое прискорбное тут еще и в том, что и в Армении, и в России сохраняется среда, порождающая такие реалии.
