Собеседник Первого Информационного – руководитель программы «Ресурсы альтернативной информации» Манана Асламазян
— Вы всегда высоко оценивали профессионализм российской журналистики в сравнении с армянской. Насколько профессионально, по-вашему, была освещена трагедия в Подольске? В репортаже Ольги Скабеевой использовано слово «мычать»: насколько это умещается в границах журналистской этики, насколько это продукт политики, насколько – результат низкого уровня профессионализма?
— По-моему, в российских масс-медиа специальная антиармянская политика не проводится. Российская журналистика и российские медиа – это огромный рынок. Я за две минуты могу привести множество примеров высоконравственной журналистской позиции, журналистского профессионализма, сохранения всех этических норм, и могу привести множество же примеров грубого нарушения правил этики. Поэтому одним словом не охарактеризуешь.
Я критикую армянскую журналистику, говорю, что ошибок много, низок профессионализм, но я знаю, что в армянской журналистике много профессионалов, которые и грамотно ведут интервью, и не оскорбляют своего героя, и перед тем, как написать, думают, какое влияние окажет каждое слово.
Что касается Ольги Скабеевой, то я не раз слышала, что ее называют «железной куклой путинского телевидения»: многие знают, что ее репортажам верить нельзя. Недавно показали, как во время последнего митинга Скабеева подошла к Леониду Парфенову, задала вопрос, однако, он отказался отвечать, сказав, что знает, что его мнение будет искажено. Она абсолютно не думает о журналистской этике.
— В отличие от альтернативных СМИ, особой критики удостоились репортажи российских телекомпаний, где постоянно акцентировалось армянское происхождение водителя, были усмешки, ирония.
— Я и все те, кто любит Россию, являются ее гражданами, в российской журналистике вижу много положительного, но в то же время критикую ошибки и упущения. Однако последний случай, связанный с Грачья Арутюняном, и в связи с чем Вы обратились ко мне за интервью, очень оскорбил армян, т.к. он был связан с попранием достоинства гражданина, мужчины, отца семейства. Очень возможно, что если бы он не был в халате, реакция была бы иной.
С одной стороны, еще до окончания суда его несправедливо обвиняют в убийстве 18 человек и в таком виде приводят в суд. Поэтому я понимаю армян, которые смотрят Первый и Второй российские телеканалы, НТВ, но никогда не слушают «Эхо Москвы», не читают «Новую газету», Gazeta.ru, Lenta.ru, не смотрят РБК, «Дождь», но ведь это тоже российская журналистика, которую я и миллионы людей читаем и смотрим каждый день.
Первый и Второй телеканалы мощные, но и безразличные к судьбам людей. Они никогда не думают о том, как будет выглядеть их герой. Для них случай с Грачья – лишь один эпизод из миллионов таких ежедневных. Поэтому никто из них не думал, что это может оскорбить их армянских друзей. Уверяю Вас, что на Первом канале есть много людей, которые любят Армению и ничего не делали умышленно. Это просто такая машина, которая перестала думать о личности, о его достоинстве.
И я имею в виду не только Первый канал, но и большое национальное государственное телевидение, которое перестало думать о личности, о его достоинстве, о том, что нельзя показывать детей, которых изнасиловали, человека, которого приводят в суд в таком халате. Уверяю Вас, если бы он был в костюме от Версаче, его бы снимали в нем.
Кроме того, в эти дни публикуется множество материалов, согласно которым, водитель, который приехал заработать на могильную плиту сына, не виноват, что виноваты люди, позволившие эксплуатировать эту машину без тормозов. Многие констатируют: из кадров видно, что он пытался избежать столкновения, взял влево и перевернул машину, чтобы не было жертв. Эту машину ему дал работодатель, которому нужна дешевая рабочая сила, и для которого неважно, имеет он прописку, или нет.
На самом деле эта история поднимает вопрос мигрантов в России. Это одна из самых важных проблем, которая, к сожалению, в российских медиа освещается не цивилизованным образом.
Полная версия интервью с Мананой Асламазян будет опубликована позже.
