15 лет назад 6-го августа в Ереване был убит генпрокурор Генрих Хачатрян, а потом, согласно официальному сообщению, совершил самоубийство его убийца – бывший транспортный прокурор Арам Карапетян. Этим убийством, по сути, в Армении началась новая волна нашумевших убийств, которая развернулась после смены власти 1998г., после, так сказать, внутривластного переворота.
Первая же волна убийств прошла в первые годы независимости. Потом на некоторое время волна спала, а внутривластные процессы 1998г., сопровождаясь с самого начала реальными или постановочными покушениями, после убийства Генриха Хачатряна переросли в новые убийства, «апогеем» которых стало 27 октября.
Причиной второй волны убийств, вероятно, было то, что убийства первой волны так и не были раскрыты. До сих пор не раскрыто ни одно убийство и второй волны. Не раскрыто в том смысле, что не раскрыты организаторы. Тогда как, очевидно, что в случае нашумевших убийств исполнители являют лишь маску, за которой стоят намного более серьезные силы, интересы, проблемы.
Кроме того, все это исковеркало человеческие судьбы, стоило жизней, и кроме временной, ситуационной важности отдельных эпизодов истории, это имеет более важное значение. Столько нераскрытых нашумевших убийств в течение двух десятилетий, наверное, многовато для любого государства.
На самом деле все это является показателем боеспособности, конкурентоспособности, уязвимости, безопасности государства. Если в каком-либо государстве происходят столько нераскрытых нашумевших убийств, то здесь, по сути, кто бы ни был организатором, заказчиком, все равно, ситуация свидетельствует об общественной-государственной нежизнеспособности в целом.
Если все это сделали власти, то это означает, что нежизнеспособно общество, и если оно не может защитить себя от своих властей, то как будет защищать от внешних сил?
Если все это сделали внешние силы, то нежизнеспособны власти и беззащитна страна, и если в этом случае также общество не смогло заставить сделать что-то, то оно так же беззащитным и нежизнеспособным оставляет свое государство.
Общественная активность, внимание и обсуждения вокруг всего этого в Армении происходят лишь время от времени, от случая к случаю, исходя из политической ситуации и развитий. Тогда как статистика такова, что дает повод для постоянного беспокойства.
По какому-то случаю, республиканец Галуст Саакян волей-неволей разоткровенничался, мол, для раскрытия таких преступлений, как расстрел 27-го Октября в парламенте, нужно быть независимым или сильным государством. Слова, по сути, тут не важны, т.к. подтекст вполне понятен, хотя и без этих выражений ясно, что если есть такие нераскрытые убийства, значит, угрозы сильнее государства.
Проблема лишь в том, что стать сильным государством Армении мешают Галуст Саакян и его, так сказать, однопартийцы, которые постепенно вползая во власть, начиная с 1995г., превратили власть в принцип, подчиняя государство всему этому, превращая государство в маршрутные линии и разного рода личный бизнес.
В результате, естественно, угрозы должны были стать сильнее государства. И в этом смысле нашумевшие убийства в Армении являются неким вызовом, борьбой, перчаткой, которые перманентно бросаются Армении, и война эта, по сути, продолжается невидимыми поражениями Армении, пока не будет раскрыт хотя бы один реальный организатор нашумевшего убийства.
Наконец, для всех должно быть ясно и однозначно, что это станет и показателем крепости государства, и профилактикой для подобных развитий в будущем.
