Собеседник Первого Информационного – член движения «Сардарапат», эксперт по управлению, кандидат экономических наук Арутюн Месробян.
— Господин Месробян, за заявлением Сержа Саргсяна в Москве – о желании Армении вступить в Таможенный союз последовали резонанс и критика со стороны многих европейских чиновников – в адрес Армении. Однако позднее – 12-13-го сентября в Армении находились министры иностранных дел стран Восточного партнерства и Комиссар ЕС по вопросам расширения и политике соседства Штефан Фюле. Последний сказал, что у ЕС больше нет доверия по отношению к Армении, однако он готов продолжать сотрудничество с Арменией, если доверие будет. Как Вы считаете, впредь власти Армении смогут ли быть надежным партнером для ЕС? Возможно ли это?
— Современная политика – это такая вещь, что заявления о нехватке доверия, об обидах – всего лишь мусор. Здесь есть вопрос интересов. А интересов в этом регионе – в лице Армении – много и для России, и для ЕС, и для США, и для Ирана, и для Китая, так как этом регионе из-за «арабской весны» роль и значение Армении увеличились. Что бы за этот период они не говорили, все равно будут продолжать бороться за Армению, так как здесь им важны свои интересы. А слова «доверие», «любить-не любить» — не важны. В этом регионе и во всем мире многие государства в формальном плане не уверены, то же самое и Европа. Они критикуют Россию за то, что она оказала давление, однако тот же ЕС посредством давлений заставляет Армению принять различные глупые законы, в том числе и глупый гендер. То, в чем друг друга обвиняют сверхдержавы, у них одна и та же линия поведения, так как у них в регионе одинаковые интересы. Образ действий почти один и тот же, может методы немного разные. Не то, что они белые и пушистые, а остальные – жесткие. Это не означает, что поведение России приемлемо. Нет. Оно неприемлемо, однако поведение всех сверхдержав неприемлемо. Немного по стилю различаются, однако их сущность одинакова. Все оказывают давления, пусть эти сказки не рассказывают.
— За последние годы ЕС финансировал, сотрудничал с гражданским сектором – предваряя также и подписание Соглашения об Ассоциации и о Глубокой и всеобъемлющей зоне свободной торговли. Сейчас те гражданские секторы, которые привычны к этому сотрудничеству, надеются на какое-то сотрудничество. В каком формате впредь ЕС будет сотрудничать с этим сектором?
— Любые перемены ситуации влияют на ее компоненты. Прежде всего, эти гранты или финансирование другого необходимо отличать друг от друга, так как есть финансирование, которое опасно, и финансирование, которое полезно. Второй вопрос в том, что мы не придаем большого значения различным мелким финансированиям, по той причине, что если нет вектора развития государства, такие секторальные финансирования для меня в плане государственности не имеют важности. Пусть беспокоятся общественные организации, которые привыкли работать на деньги, получаемые из-за границы.
— То есть, сотрудничество гражданского сектора с ЕС было не очень эффективным?
— Давайте разделим – есть финансирование на пользу государства, и есть финансирование – во вред государству. Все сваливать в одну кучу было бы неправильно. Во-вторых, если меняется ситуация, я не считаю, что ЕС «уберет руки» от Армении, так как наши роль и значение очень велики. Только мы нас самих недооцениваем, начинаем стенать, а они все понимают нашу роль и значение, следовательно, не бойтесь, что Европа отвернется, обидится и пойдет заниматься другими делами, но попытается оказать значительное влияние на Армению, и не только Европа. Это политика, и все будут бороться. «Надежны-не надежны», «Надежное государство» — это слегка инфантильные заявления, которые делаются для общества, а не для серьезных политических процессов. Есть интерес, и носитель этого интереса сделает все, что бы его реализовать. Он не отступит только потому, что есть или нет доверия. Будет ли доверие или не будет – исчезнет ли интерес Европы? Нет. Удалится ли Армения из региона? Нет. Снизилось ли значение региона? Нет. Если, по сути, ничего не изменилось, значит, Европа найдет способ – сделать то же самое иным методом.
