Активное общество Армении 21-го сентября вышло на шествие – во имя суверенитета и Независимости Армении и против членства в Таможенном союзе.
Малочисленность шествия дало повод для множества размышлений. Поневоле вспомнил давнюю запись в блоге одного из ярких представителей российского агитпропа – Михаила Леонтьева, в которой он, ни больше, ни меньше, заявлял, что Армения стала бы запущенным государством, скажем, как Молдова, если бы не была с Россией.
Сегодняшняя опасная примечательность такого рода подходов состоит в том, что этим заражены не только русские, называющие Армению своим форпостом от политики до быта, но также очень многие общественные и политические круги Армении, которые, согласно разным соцопросам, составляют примерно две трети нашего населения, то есть – пока еще подавляющее большинство.
Оставим в стороне Леонтьева и других российских должностных лиц, которые Армению сравнивают с Калининградом, оставим соблазн на эмоциональном уровне ответить им народным многоэтажным фольклором: стоит спокойно, поразмыслив хладнокровно, понять, что сделала Россия для Армении, и что стало бы с Арменией, если бы отношения с Россией были бы не вассальными, как сегодня, но партнерскими.
Прежде всего, знаменосцам российского агитпропа нужно привести в пример Грузию. В этой стране государства не существовало в те времена, когда правил бывший советский функционер Эдуард Шеварнадзе, установивший с Россией теплые отношения. Грузия, дружившая с Россией, государством была лишь формально.
Эта картина резко изменилась, когда пришел адепт дружбы с Западом Михаил Саакашвили и попытался в системе управления Грузией применить западную практику. Результат был более чем ощутимым, и хотя в Грузии еще имеются огромные проблемы, которые та же российская пропагандистская машина раздувает до космических масштабов, тем не менее, эта страна, разорвав отношения с Россией, не только не разрушилась, но и, по сути, очень приблизилась к перспективе стать государством.
В чем тут суть проблемы? В том, что российская дружба для постсоветских стран стала просто грузом по той простой причине, что торможение тенденций модернизации в этих государствах напрямую исходит из интересов России. Россия сама находится в довольно неопределенном историческом периоде. Русские так и не могут найти исходную точку государственной идентичности, найти ту идеологическую базу, на которой бы строилась эта многонациональная страна как государственная единица. Поэтому политическим кредо русских остается призрак пустой великодержавности, посредством которого делается попытка поддержать внутреннюю структуру страны.
В результате государство село на иглу, нет экономического развития, хотя есть нефтяные и газовые миллиарды. Россия никак не может выйти из собственной сырьевой зависимости и диверсифицировать экономику. В государственной системе управления – сверху донизу, во всех звеньях, царит полная коррупция и вседозволенность.
В этих условиях у России нет возможности поставить инструментарий борьбы за свое внешнее влияние на привлекательность технологических, культурных ценностей. Остается репрессивными методами пресекать все те тенденции или перспективы модернизации, которые могут быть в постсоветских республиках, воспринимающихся зоной жизненных интересов России.
Неслучайно, что после прихода к власти Путина, когда он сменил Ельцина, в России обострились имперские амбиции, т.к. Путин решил, что вместо сложного пути новой идеи, новой государственной базы нужно идти по более легкому и более управляемому пути розыгрыша имперских эмоций. И неслучайно, что именно в этом контексте была рассмотрена внешняя политика, и Россия стала интенсивно финансировать тиранические и авторитарные режимы постсоветских стран. Особенно жестко Россия действует в тех странах, где имеет сильные рычаги давления. Это касается также Армении.
Таким образом, что получила Армения от российского покровительства или помощи, кроме стереотипности мифических восприятий, мол, если не будет русских, то турки и азербайджанцы съедят нас заживо?
В действительности в Армении Россия покровительствовала властным командам, сформировавшимся вопреки воле народа, протежировала применение силы против мирных граждан, а часто и сама участвовала в этих силовых операциях.
Что касается политики, то тут Россия просто парализовала и опустошила поле, а в экономическом плане Москва проводила в Армении политику одной цели: неважна эффективность, но важно, чтобы все экономические мощности принадлежали Кремлю. Что касается общественной культуры, то Россия в нашей стране углубила лишь ностальгию по советской системе, способствовала кристаллизации советско-российской, по сути, стагнационной ценностной системы и парализации воли общества. Таковы те фундаментальные, институциональные направления и последствия, которые зафиксированы в Армении доминированием российского влияния.
Россия, по сути, удавом обвилась вокруг Армении, сломала хребет Армении и сегодня создала ситуацию, при которой если она перестанет обвивать Армению своим длинным и толстым телом, то Армения просто развалится. После всего этого российские заявления о том, что без них Армения пропадет, — это либо следствие незнания ситуации, либо просто полнейший цинизм, которые опираются на полное отсутствие уважения к армянскому народу.
А это в свою очередь обусловлено отсутствием государственного достоинства у властей Армении, когда годы напролет стратегические мощности Армении предоставлялись Москве, и ей было дано право принимать решения вместо Армении.
Однако в последний период в Армении формируется некая прослойка достойных граждан, которая, хотя и малочисленна, однако, решительна в вопросе закрепления статуса хозяев собственной страны, лишена разного рода стереотипов и мифов, вопросы и явления рассматривает только в прагматичном контексте.
Одной из особенностей этой прослойки является чувство государственного и человеческого достоинства. Все это дает основания надеяться, что в Армении формируется качественно иной островок мышления, который сегодня беспокоит империю, взявшую Армению в заложники благодаря своим манипуляциям, и ее армянских лакеев.
