Руководитель парламентской фракции РПА Галуст Саакян накануне заявил, что отставка Сержа Саргсяна может быть только в случае, сходном со случаем отставки Левона Тер-Петросяна. Вице-председатель РПА сказал об этом, касаясь распространенной статьи Тер-Петросяна, в которой первый президент считает отставку третьего необходимой, чтобы Армения вышла из опасного положения.
Галуст Саакян был одним из тез персон, которые в 1995г. под крылом Тер-Петросяна вошли в парламент, а в феврале 1998г. в одну ночь оказались под другим или другими крыльями. Нет сомнений, что если опять будет такая ситуация и Серж Саргсян подаст в отставку, Галуст Саакян в одну ночь окажется под крылом новой власти.
Конечно, так поступит не только он, но все те республиканцы, или большая их часть, кто сегодня рвет на себе рубаху, защищая С. Саргсяна от любого оппозиционного слова. Можно посочувствовать действующему президенту, что он остался под защитой такого контингента. Однако, с другой стороны, С. Саргсян сам выбрал этот контингент. В конце концов, Саакян и компания меняли лагеря за историю независимости Армении на глазах у С. Саргсяна.
С. Саргсян был министром при Тер-Петросяне, когда РПА пригрелась под крылом АОД, в блоке «Республика», чтобы попасть в парламент. Потом С. Саргсян опять был министром, когда РПА нашла место под крылом Вазгена Саргсяна и в один день сменила лагерь. С. Саргсян не был министром, но был рядом с Робертом Кочаряном, когда компания РПА сдала премьера Арама Саргсяна (брата Вазгена Саргсяна) и пришел к согласию с Робертом Кочаряном, которому до этого предъявляли ультиматумы и даже требовали снять с должности С. Саргсяна. ну, а потом уже РПА была сдана Сержу Саргсяну.
То есть, для действующего президента не должно быть неожиданностью то, что как только он чуть поскользнется, РПА так быстро убежит из-под него, что он даже глазом не успеет моргнуть. Если С. Саргсян сомневается в этом, то занят самообманом, хотя это маловероятно.
С. Саргсяну, как и любому, пришедшему к власти в условиях нынешнего качества системы власти Армении, нужна именно такая опора, т.е. опора, способная на все ради власти. РПА – именно такая опора, и если она даже опасна, то это самая меньшая из опасностей, т.к. сомневающаяся опора в какой-то момент могла повиснуть в воздухе, чем успели бы воспользоваться соперники.
Так что, нет сомнений, что С. Саргсян готов к очередному предательству, которое сейчас уже состоится в отношении него. То есть, надеется он, конечно, не на РПА, не на силу и влияние республиканцев, а на то, что сможет исключить повторения внутривластного заговора 1998г.
Председатель РПА лучше всех знает, что РПА сильна в одном: во время меняет лагерь. В то же время С. Саргсян также хорошо понимает теорию и практику этого заговора, знает, какие предпосылки превращают теорию в практику. Ведь он был одним из основных, ключевых участников событий 1998г. С этой точки зрения, конечно, маловероятно, чтобы он позволил превратить теорию в практику.
Однако примечательно тут и главное состоит в том, что на уровне руководителя парламентской фракции и вице-председателя партии, по сути, исключается вариант добровольной отставки. То есть, проблема тут не в С. Саргсяне и Л. Тер-Петросяне, но вообще в подходе, в представлениях о государстве, государственных делах, организме государства.
Например, Г. Саакян мог сказать, если, конечно, у него были бы более или менее адекватные представления, что если бы ситуация была действительно цугцванговой, опасной для Армении и т.д., то С. Саргсян – тот человек, который сам бы подал в отставку, не ожидая принуждения или увещеваний, и позволил бы придти к власти более состоятельным силам. Это могло быть в теории, в случае адекватных представлений о государственности, о тонкостях государственного организма.
Однако Г. Саакян говорит о варианте принудительной отставки, т.е. о варианте принуждения и обмана, иначе ни в коем случае, если даже государство рухнет, все равно, не сдадут власть. Г. Саакян говорит именно об этом, и это не только его слова, но всей государственной системы, существующей более полутора десятилетия и на практике доказавшей, что сохранят власть даже ценой будущего государства. В этом суть и прискорбность ситуации. Это не новость, но всегда вызывает чувство сожаления, так, как в первый раз, потому что это насилие вообще в отношении культуры государственности.
Никто не застрахован от ошибок, никто не застрахован от упущений, неправильных представлений, или даже неправильных решений вследствие неправильной информированности. Однако, чтобы государства, общества не становились пленниками человеческих ошибок, не страдали от них, не происходили катастрофы в результате этих ошибок, общества и политические элиты дошли до культуры отставки, как одного из ключевых инструментов политики, государственного организма. Причем это инструмент, при наличии которого, когда он является частью культуры, то он уже несет в себе профилактическую значимость, и его использование ограничивается именно этим профилактическим характером и не бывает нужды в его прямом использовании.
Однако для так называемой армянской политической элиты эта культура и ее осознание непостижимы. Вообще, этой элите свойственны инстинкты и поклонение ритуалам, а культура и осознание – только по принуждению.
Фото — shamshyan.com
