После распада СССР и перемирия в Карабахской войне европейское сообщество рассматривало кавказские республики в одной плоскости, хотя было очевидно, что критерии, ситуации, характер обществ и государств были абсолютно разными и, например, для Армении было унизительным, когда ее рассматривали в равной с Азербайджаном плоскости.
Это ощущение имеется до сих пор, когда, скажем, при нарушениях перемирия международные посредники рассматривают Армению и Азербайджан обобщенными формулировками, хотя нарушителем является Азербайджан.
Однако, несмотря на недовольство и увещевания, европейское сообщество продолжает рассматривать обе страны в общности, а до «революции роз» 2004г. по той же шкале оценивалась и Грузия. После прихода к власти Саакашвили и проведенных им преобразований Грузия отделилась от Армении и Азербайджана.
После 2008г., хотя началось это еще в 2006-2007гг., в европейском сообществе стали подумывать, мол, а может стоит ради большей эффективности действительно прекратить политику общей уравниловки в отношении Армении и Азербайджана? По части Армении, в конце концов, переломное решение было принято, и в отношении стран, включенных в Восточное партнерство, стали применять индивидуальные подходы. То есть, Армения отделилась от Азербайджана, чего добивался официальный Ереван на протяжении многих лет.
Если бы этот «эксперимент» завершился успешно, то со временем персональные подходы были бы применены и в направлении других проектов, других структур, в частности НАТО. Однако казавшееся эффективным трехлетнее применение персональных подходов завершилось позорным поворотом 3 сентября, когда сама Армения, по сути, показала Европе, что политика применения индивидуальных подходов, по крайней мере, по отношению к ней, было неверным и не возымело эффекта.
То есть, Армения одним ударом разрушила то, о чем многие годы сама просила европейское, международное сообщество – отделить ее от Азербайджана.
И сейчас европейское сообщество возвращается к уравниловке, т.е. к обобщенной региональной политике, за исключением, конечно, Грузии, т.к. Тбилиси пока удается удержать ту планку, которая дает основания для построения и сохранения отдельных отношений. А европейское сообщество возвращается к региональной политике, т.к. Армения, по сути, не смогла стать надежным партнером и тем субъектом, с помощью которого евроатлантическое сообщество могло бы осуществить свои ключевые проекты, связанные с его региональной политикой.
Свидетельством этого стал проект заключительной декларации, представленный перед Вильнюсским саммитом, и в этой декларации Армения не упоминается, вместо этого имеется похвала в адрес Азербайджана и желание вести с ним переговоры насчет Зоны свободной и всеобъемлющей торговли. Более того, Армении угрожает не только вновь очутиться в статусе равного субъекта, но даже превратиться в «окраину» Кавказа, т.е. пропустить вперед даже очевидным образом наиболее реакционный Азербайджан.
Проблема, однако, в том, что сам по себе прогресс – это не какие-то критерии разных сфер, но и то, в какой волевой рамке политической субъектности этот прогресс находится. И если нет этой рамки, то прогресс становится абсолютно второстепенной, политически не жизнеспособной составляющей.
Первостепенным является политическая жизнеспособность, которая обретает наибольший вес с помощью прогрессивных элементов. Подписав полную капитуляцию перед политическими интересами России своим решением о вступлении в Таможенный союз, Армения, по сути, показала, что полностью лишена волевой рамки политической субъектности.
И тут Азербайджан может даже обойти Армению. В проектах Вильнюсского саммита мы уже видим опасные тенденции этого, что также проявилось в принятой на днях резолюции Европарламента, где имеются формулировки не в пользу Армении и по части Карабахской проблемы.
Вильнюсский саммит должен был стать этапом политического успеха Армении, однако, как видно, обретет абсолютно противоположный смысл, и в Вильнюсе, хотя и относительного, но успеха может добиться Азербайджан.
Вследствие всего этого вполне реалистичной становится та опасность, что уравниловка для Армении в политическом смысле не только может стать нежелательным тормозом, но более того, Армения будет вынуждена удовлетвориться хотя бы этим равенством, т.е. успехом может считаться хотя бы сохранение этого равенства.
