В оценках провалившегося процесса евроинтеграции Армении часто используется контекст глобальных отношений Европа-Россия, представляя шаги Армении в этом контексте и, естественно, этим напрямую или опосредованно пытаясь оправдать Армению, представляя жертвой взаимоотношений Европы и России.
Все это – либо осознанная фальсификация реальной картины в пропагандистских политических целях, либо следствие не очень глубокого рассмотрения ситуации. Нет сомнений, что отношения Армения-Европа и Армения-Россия в целом умещаются в отношениях Запад-Россия и их части — Европа-Россия. Это бесспорно.
Однако, вместе со всем этим, задача очень проста: в этом контексте Армения либо является субъектом, а для этого, прежде всего, нужно понять характер этих отношений и соответственно попытаться максимально точно и перспективно сопоставить их с собственными интересами, либо является объектом, смиряется со статусом объекта и, по сути, во всем ссылается на глобальный контекст и на обстоятельство своей несостоятельности влиять на него.
Путь этот, конечно, является процессом, ведущим к глобальной политической изоляции, к марионеточности вместо политической субъектности, и по большому счету уже неважно, чьей именно марионеткой в данном случае станет государство. Конкретно в случае Армении государство становится марионеткой России, т.к. находится в зоне влияния России и здесь крепки нити российского влияния.
Наверное, нет сомнений, что никто не может быть «за» марионеточность государства, никто не может сказать, что это нормально, когда государство становится марионеткой в руках какой-либо сильной державы. В этом случае, однако, как может кто-либо говорить, что Армения становится жертвой взаимоотношений Запад-Россия или Европа-Россия? Ведь говорить об этом, тем более прямо или косвенно оправдывать этим проблемы и капитуляцию Армении, значит заявлять, что Армения является марионеткой, и дергающие за нитки просто были беспощадными по отношению к этой марионетке. Заявления о том, что Армения становится жертвой взаимоотношений Запада и России, ничего другого не означают.
Государства таковыми именно тем и являются, что должны уметь обеспечивать собственные интересы и защищенность в отношениях между сильными, вместо того, чтобы стать жертвами этих отношений, попытаться в сложившейся ситуации всего лишь защитить собственные интересы.
Более того, даже не имеющие государственности общества при наличии достаточного чувства достоинства и воли, без инструментов и институтов государственности умеют преследовать свои интересы и защищаться, не превращаясь в игрушку или марионетку. И в этом случае тем более стыдно и позорно, когда в игрушку и марионетку превращаются общества, имеющие государственность. Причем, кроме всего этого, еще пытаются превратить это свое тяжелое положение в средство оправдания.
Отношения Запада и России сейчас действительно находятся на стадии довольно острой конкуренции, наверное, самой острой со времен холодной войны. В то же время эти отношения достаточно сложны и запутанны, т.к. Запад сегодня во многих вопросах выступает с разными лицами. В целом в стратегии, конечно, преобладают общие подходы, общность интересов, однако, отношения с Россией касаются многих слоев, и на Западе субъекты преследуют также свои собственные государственные интересы. И так как проблема очень масштабная, то даже малая разница в интересах уже дает большие колебания в диапазоне и становится очень серьезной.
И вот в этой ситуации, как минимум, невменяемостью является ссылка на сложность этих отношений и этим оправдывать те ошибки, которые совершались просто из-за собственного безволия, отсутствия собственного достоинства и идей. То есть, Армения не была в безвыходном положении, тупиковой ситуации, она могла делать шаги, имела поле деятельности, и, следовательно, как минимум в этих условиях просто политической невменяемостью, или слабоволием, или бесстыдством является сваливание всего на сложность отношений Запада и России.
В этом случае не остается ничего, кроме как распустить Республику Армения, т.к. между Западом и Россией никогда не будет долгосрочного глубинного согласия, следовательно, для Армении никогда не будет, так сказать, стабильности.
Ситуация становится еще более несуразной, когда говорят, что перед тем, как представить Армении какие-то требования, Запад должен уточнить свои отношения с Россией. То есть, здесь тот же подтекст: ничего от нас не требуйте, пока не получили одобрение России, или пока от России не получили разрешение на увеличение дозы наших отношений с вами.
Это в том случае, что первым геополитическим императивом дня для Армении должно было стать проявление самостоятельных волевых качеств, что предполагало параллельную модернизацию внешней и внутренней политики, а также модернизацию представлений общества в этих вопросах, чтобы параллельно происходило также переосмысление важного для этого вопроса общественного заказа или вообще формирование нового заказа.
Наконец, обстоятельство жертвы отношений сверхдержав также является прямым или косвенным заказом, т.к. этим волей-неволей оправдывается нежизнеспособность властей Армении в вопросе модернизации внешней и внутренней политики, а также нежизнеспособность политического поля, т.к. в этих обстоятельствах получается, что пока сверхдержавы дерутся, власть или оппозиция Армении ничего сделать не могут.
То есть, таким образом, распыляется весьма конкретная ответственность таких же конкретных субъектов.
