Вчерашняя венская встреча Сержа Саргсяна и Ильхама Алиева проходила на фоне довольно занятной геополитической ситуации. В этой связи попытаемся понять, какое влияние оказали на эту встречу заявление от 3-го сентября о вступлении в Таможенный союз и провал процесса ассоциирования Армении с ЕС, т.е. какой была бы эта встреча до 3-го сентября, и какой она стала после.
Чтобы понять эту разницу, наверное, достаточно провести взглядом над европейскими и американскими реверансами в сторону Азербайджана, которые явились в виде разного рода документов. Прежде всего, Европарламент принял резолюцию, в которую были включены нежелательные для армянской стороны формулировки по части Карабахского противостояния.
Потом был опубликован проект итогового протокола навстречу Вильнюсскому саммиту Восточного партнерства, в котором об Армении не было даже слова, а насчет Азербайджана Европа озвучивает довольно положительные по тональности ожидания даже после позорных президентских выборов в этой стране.
Потом на свет явилось поздравительное письмо Обамы Алиеву в связи с победой последнего на выборах, причем президент США говорил об «историческом шансе» по части Карабахского конфликта и достаточно четко выразился о хороших перспективах отношений между США и Азербайджаном.
В последние 3.5 года международное сообщество по части Азербайджана становилось все более сдержанным, что было результатом того, что идущая на ассоциирование с Европой Армения просто своим поведением, своей политикой нарушила тот традиционный знак равенства, который ставило международное сообщество между Арменией и Азербайджаном. Армения смогла своими действиями добиться того, что стороны более не рассматривались как равные, как «сиамские близнецы», когда не представляли отношения с одним из них без участия другого.
Нельзя сказать, что международное сообщество принимало антиазербайджанские решения, однако, было очевидно, что отношение к Армении намного более серьезное и перспективное, нежели в случае Баку.
Однако после 3-го сентября за короткий промежуток времени на свет явились эти реверансы, причем явились достаточно быстро, что свидетельствует о том, что Армения потеряла то политическое преимущество перед Азербайджаном, которое имело, которое было достигнуто до 3-го сентября. И, кстати, по этой части был очевидным тот эффект, который в политическом плане обеспечивала для Армении демократия.
Конечно, о реальной демократии и речи быть не может, но отдавая дань демократическим ценностям хотя бы на уровне заявлений и приоритетов, и своей политикой углубления отношений с Европой на этой основе, Армения значительно опередила Азербайджан, смогла полностью изменить инертное отношение международного сообщества.
Можно представить, каким был бы политический эффект всего этого, если бы Армения на деле проявила бы волю к преобразованиям и сделала бы в стране практичным понятие «демократия» в широком плане. Однако вместо всего этого имело место 3 сентября, и власть Армении разрушила выстроенное за 3,5 года преимущество, разрушило собственными руками. А новая встреча Саргсян-Алиев, которая могла состояться в условиях преимущества Армении, вчера состоялась в условиях как минимум психологического преимущества Азербайджана.
После всего этого, конечно, не стоит делать апокалипсических выводов, т.к. можем быть уверены, что во время встречи уточнены лишь стрелки, и никаких переломных решений или вердиктов принято не будет, но в этом ли дело? В конце концов в политике ничто не проходит просто так, без последствий, даже незначительные встречи и слова, и очень важно, в какой атмосфере они звучат, с какими акцентами.
В этом смысле атмосфера и акценты вчерашней встречи для Армении неблагоприятные. Ведь речь идет не об одной встрече, эта встреча – лишь одна в целой цепочке. Проблема именно в этой цепочке, и за этот промежуток времени Азербайджан по ней если и не прошел вперед, то, как минимум, сравнил позиции с Арменией.
И самое беспокоящее тут, конечно, в тенденциях, т.к. они абсолютно не говорят о полном осознании в Армении ситуации и опасностей, о глубинном восприятии процессов.
В Армении на властном уровне продолжают проявляться лихорадочные устремления к таможенному подданству, что порождает все новые удары по политической роли государства, приводит к политическому параличу.
