Собеседник Первого Информационного – эксперт Французского фонта стратегических исследований Кайц Минасян.
— Господин Минасян, предстоявший в январе визит президента Франции Франсуа Олланда в Турцию не воспринимается однозначно, армяне Франции даже готовятся к акциям протеста. Как Вы считаете, если здесь что-то необычное? Говорят о том, что и армяно-французские отношения ухудшились. Оба президента во время встречи вместо важных вопросов обсудили всего лишь вопросы в связи с франкофонией.
— Я знаю, что Франсуа Олланд должен посетить Турцию, а затем Кавказ. Естественно, он посетит и Армению, а также и Грузию. Нет ничего особенного, повестка прежняя, то есть, и взаимоотношения тоже прежние, я не считаю, что что-то пострадало.
На повестке будет Карабахский вопрос, потом саммит в Вильнюсе, а также и вопрос России, то есть, я считаю, что это обычная повестка. Может быть, некоторые изменения и произойдут, однако я считаю, что между Армений и Францией все по-прежнему.
— 12-го декабря в Армению прибудет министр иностранных дел Турции Ахмед Давутоглу с целью участия на заседании Организации черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС), которое состоится в Ереване. Как Вы считаете, кроме того, что он приезжает для участия в заседании, может ли этот визит иметь и иное значение?
— Визит Давутоглу в Армению связан с участием на заседании ОЧЭС, приезжают все члены организации. Однако его присутствие важно: они хотят показать, что готовы сотрудничать или показать новый подход к Карабахскому вопросу, однако я в это не верю, так как это игра. С одной стороны их интересует Карабахский вопрос, который сейчас активно обсуждается, а с другой стороны Турция весьма обеспокоена в связи с приближением 100-летней годовщины Геноцида армян, следовательно, этим визитом они хотят показать, что грани для сотрудничества есть.
— Вы сказали о Карабахском вопросе, есть впечатление, что он хочет быть решен усилиями Америки – тем более, после встречи, организованной американским сопредседателем Минской группы ОБСЕ. Как Вы считаете, Россия это позволит?
— Каждая страна говорит о том, что готова решить Карабахский вопрос, однако не знают как, и знают, что русские этого не позволят. А если они должны решить, то есть одно условие – весь Южный Кавказ должен находиться под влиянием России. Посетив Армению, Путин заявил, что они не только не покинут Южный Кавказ, но еще более укрепят здесь свое присутствие.
— Действительно, это его заявление дало повод для различных обсуждений. Прошу Вас немного уточнить – какой здесь может быть подтекст?
— Русские играют в очень циничную игру. Визит Путина в Армению – нехороший знак, оставил некрасивое впечатление. Правда, в экономическом плане может быть и сделал подарки, однако – в воздух. Русские не хотят признавать того, чтобы Армения была суверенной. И, к сожалению, власти Армении – не только сегодняшние, но от Левона Тер-Петросяна до Сержа Саргсяна и Роберт Кочарян в центре, не поощряли независимость.
— Президент России сделал и другое весьма примечательное заявление: армяне настолько быстро осуществляют процесс по вступлению в Таможенный союз, что они даже «за ними не успевают».
— Это очень цинично, Путин не против того, чтобы Армения парафировала соглашение с Брюсселем, однако сначала хочет, чтобы между Арменией и Россией было подписано соглашение о Таможенном союзе.
В действительности это плохая игра, так как показывает: вы делаете все очень быстро, потому что я запрещу вам подписать соглашение. Народ не должен вступать в фальшивую игру, говоря, что мы сильны, быстро продвигаемся вперед, однако все наоборот.
А вообще, люди не осознают исторический период с 3-го сентября по 2-ое декабря. Сейчас мы посмотрим, как себя проявит Запад – позволит ли, чтобы русские очень жестко подошли к этому вопросу или же сделают шаги, предотвращающие увеличения влияния русских. Есть вопрос стабильности и мира, а также развития.
Вопрос развития – это отношения с Ираном и Турцией, и открытие границ. Если Иран и международное сообщество решат свою проблему, то для Ирана откроются новые пути, и эти новые пути будут проходить по каналам Армении. Иранцы не хотят быть в зависимости от интересов Турции или арабского мира, остается только Кавказ. А Кавказ это или Армения, или Азербайджан, однако у них с Азербайджаном плохие отношения, значит, остается только Армения. А Армения важна по двум аспектам – прежде всего, это не такая мощная страна для Ирана и международного сообщества, а потом она близка с Ираном, Западом и Россией.
Я считаю, что когда приехал Путин – сначала в Гюмри, а затем в Ереван, это означало, что он пришел к себе домой – на свою военную базу, казалось бы, что для него независимость Армении что-то бессмысленное… это очень оскорбительно, но, к сожалению, наши власти принимают это, не могут ничего сказать, противодействовать – я не знаю почему. Иногда я сам себя спрашиваю: не зашли ли сегодняшние власти очень далеко – в плане безопасности и страха, для того, чтобы показать, что другого вопроса нет, только вопрос безопасности.
От сегодняшних властей сегодня кроме как плохого я ничего не жду, так как они находятся в состоянии душевнобольного – и не только, больны, но и пассивны, то есть, больной может выздороветь, но не хочет этого признавать… вот в чем проблема.
