Собеседник Первого Информационного – российский политический обозреватель, эксперт по кавказским проблемам, аналитик агентства РИА Новости Вадим Дубнов.
— Господин Дубнов, исполком СНГ распространил заявление о том, что соглашение о Евразийском экономическом союзе планируется подписать между Беларусью, Казахстаном и Россией, после чего Москва станет политической столицей структуры, Алматы – финансовой, а Минск – судебной. Армения к этому времени должна, по идее, присоединиться к Таможенному союзу, а после этого – к учредителям Евразийского союза. Что же достанется Еревану?
— Мне сложно вообразить, что достанется Еревану, если обязанности судебной столицы уже достались Беларуси. Но может, к примеру, Ереван стать спортивной столицей, или, не знаю, многое может случиться. А если по существу, то маловероятно, что Еревану что-то достанется, поскольку членство Армении в Таможенном союзе по большей части будет символичным и формальным, в отличие от Беларуси и Казахстана, поэтому Армения может сыграть очень достойную роль во всем этом. Армения все это объединение превратит в органичную структуру, поскольку можно было как-то пошутить, породить суеверие у наивных людей, когда речь шла о Казахстане и Беларуси, так как этот союз имел долгую историю. Ведь в этом была определенная логика исторического развития. А Армения, со всей своей историей, биографией, своей внутриполитической и внешнеполитической двусмысленностью, находится вне этой плоскости и передает этому всему лаконичную искусственность. Поэтому, боюсь, что вы столицей не станете.
— 24-го декабря в ходе расширенного заседания Высшего Евразийского экономического совета главы России, Беларуси и Казахстана подписали «дорожную карту» членства Армении в Таможенном союзе… Однако, как известно, Беларусь и Казахстан имеют определенные оговорки по членству Армении в ТС. Н.Назарбаев даже сказал, что Казахстан выступит с «особым мнением» по этому вопросу. Как же будет Россия согласовывать этот вопрос с коллегами, когда их недовольство связано не только с Карабахом, но и по многим экономическим вопросам?
— Я считаю, что все будет решаться согласно тому, что Москва является политической столицей этого шутовства. Просто, в случае и с Казахстаном, и с Беларусью есть некоторые спорные экономические вопросы, не имеющие отношения к коллективному настроению. Следовательно, я полагаю, что на этом уровне и Астана, и Минск получат определенные преимущества, за счет которых они найдут способы достижения согласия с Баку. Я думаю, что Москва исходит именно из этих технологий, то есть посредством этого как-то договориться, поскольку в отличие от Москвы, ни Минск, ни Астана – ни ради Еревана, ни ради Москвы не будут ухудшать свои отношения с Баку. То есть, будет найдено определенное технологическое решение, которое ни в коем случае не сделает членство Армении в ТС полноценным.
— В таком случае, каков будет статус у Нагорного Карабаха тогда, когда Армения присоединится к ТС? И, самое важное, где будет завершаться граница ТС?
— Я считаю, что вся эта история, «дорожная карта», обсуждения, которые должны быть в течение этого года, будут попыткой выведения вопроса Нагорного Карабаха за скобки. Я также считаю, что Нагорный Карабах – это то имя, которое никто не произнесет, а в документах будет определенная договоренность, и ни одна сторона будет избегать того, чтобы раздражать Азербайджан и прикасаться к вопросам статуса. Граница ТС пройдет по границе рядом с Горисом, это официально, а неофициально – Нагорный Карабах является частью Армении, и это никому не будет мешать в таком случае.
— В последнее время второй президент Армении Роберт Кочарян перешел к активной критике. В частности, он раскритиковал последние соглашения Правительства Армении с «Газпромом», а также его деятельность за последние несколько лет. Считаете возможным, что активность второго президента продиктована или согласована в Москве?
— Считаю, что да! Я считаю, что Кочарян играет в свою игру, я не вижу в этих заявлениях ничего сенсационного, это вполне умещается во всей той логике, которой руководствуется Кочарян в течение последних нескольких лет. Полагаю, что это согласовано с Москвой, но не думаю, что это идет вразрез с достигнутыми договоренностями Серж-Саргсян-Владимир Путин. Скорее всего, Саргсян и Кочарян здесь выступают как оппоненты. Полагаю, что это можно рассматривать как дополнительное давление на Сержа Саргсяна, поскольку то, что было подписано в Москве по Таможенному союзу, это было давление не под угрозой безопасности, как принято считать, а как результат внутриполитических проблем, о которых в Москве Сержу Саргсяну намекнули. Одной из таких проблем является Роберт Седракович. То есть, это давление на Сержа Саргсяна, которое не основано на угрозе региональной безопасности, а сугубо внутриполитических дрязг, в условиях которых Серж Саргсян вынужден жить.
— А видит ли Кремль Роберта Кочаряна в должности следующего президента Армении?
— Я не думаю, что Кремль об этом думает. Маловероятно, что Кремль строит такие планы. Кремль не смотрит дальше двух лет. До выборов в Армении еще далеко, срок Саргсяна еще только начался, стало быть, до следующих президентских выборов в Армении еще многое может измениться, будут новые люди, новые реалии. Следовательно, я не думаю, что данный вопрос в настоящее время в Кремле рассматривается, но определенная политическая игра идет.
— Господин Дубнов, в Армении имеет место довольно негативное отношение к экс-президенту. Его имя связывается с 27-ым Октября, 1-ым Марта и другими преступлениями. Есть ли у Кочаряна потенциал для возвращения в активную политику?
— Этот потенциал и ресурс выражается не столько во всенародной любви, сколько в административном ресурсе. Если Кочаряну удастся мобилизовать ресурсы – это одна история, но если останется на сегодняшнем уровне, то его шансы невелики.
