Собеседник Первого Информационного – специальный корреспондент по внешнеполитическим вопросам журнала «Эксперт», политический аналитик Геворг Мирзоян.
— Г-н Мирзоян, украинские события имели довольно динамичное развитие. Верховная Рада приняла ключевые решения, Рада и власть уже в распоряжении оппозиции. Каков Ваш прогноз на ближайшее будущее?
— Честно говоря, я не считаю эти решения ключевыми. Ключевым я считаю изменение вектора развития ситуации, однако, на мой взгляд, этого не произошло. Для Украины роковым стало то, что Украина вышла из правового поля, перейдя к майдановской политике – метод выбора власти, который неприемлем для любой правовой, демократической страны. Именно здесь заканчивается история современной Украины, следовательно, после всего этого, возможности и надежны на то, что страна сохранится как единое целое, пропадают. То есть, разделение государства неизбежно. А то, насколько быстро или каким сценарием это произойдет – уже другой вопрос. Конфигурация сложная, возможно Запад-Восток, возможно Восток-Центр и Запад, то есть, есть различные варианты. Если стороны начнут тянуть, то велика вероятность того, что разделение произойдет по югославскому сценарию. Януковича уже не учитывают, если он не придумал сверххитрый шаг, однако зная его, можно предположить, что это маловероятно.
— Что сегодня выгодно России?
— Несмотря на утверждения многих радикальных российских патриотов, что Россия заберет Крым и Харьков, Россия так не поступит. Так как нам не позволят сделать подобное. Мы даже не присоединили к себе Абхазию, я уже не говорю о Восточной Украине. Вместе с этим, там есть проблема, связанная с местной элитой, которая, в отличие от населения, нас не особо любит. Могли бы возникнуть и другие проблемы, так что, я бы не говорил, что мы претендуем на Восточную Европу. Другой вопрос, что мы хотели бы, чтоб эти территории были под российским влиянием, и для этого сделаем все возможное. Россия, до сих пор, была против разделения, мы сторонники сохранения центрального правительства, если, конечно, оно каким-то образом действует в рамках закона.
Удивительно, что Россию часто обвиняют за нарушение прав человека, утверждают, что Путин авторитарный президент. В этом есть доля правды, однако, в направлении украинских развитий, я считаю, Россия выступила с демократических позиций и исходя из закона. Россия говорила, что это отношение к Януковичу можно было показать во время законных выборов, при помощи голосования, ведь законные выборы будут через год. Россия была против того, чтоб десять, двадцать, тридцать тысяч активистов на Майдане узурпировали власть, обнулив в Украине миллионы голосов, которые голосовали на президентских выборах.
Есть более важный процесс. Не разделение между майдановцами и последователями Януковича, а географическое разделение. Киев не принимает Восток, стороны друг друга воспринимают как преступников. В таких условиях сложно сохранить единство и целостность страны. Я бы сказал невозможно.
— Хотя вы утверждаете, что Россия не претендует на Восточную Украину, однако также мотивируете, почему разделение Украины неизбежно. Если разделение произойдет, и восточные пророссийские регионы Украины присоединятся к интеграционным проектам, дадут ли они новый импульс этим проектам?
— Сейчас мы очень далеки от подобного развития. Конечно, то, что Украина осталась вне этих проектов, было нежелательно, однако, изначально эти проекты существовали без учета украинского фактора. Проблема евразийского пространства скорее внутренняя, чем внешняя. Еще необходимо понять, как оно будет действовать и развиваться в будущем. Также, рано еще говорить о независимом государстве Восточной Украины, потому что Украина страна, в которой все крутится вокруг денег. В Украине деньги – это все, если учесть, что контроль за финансовыми потоками в руках олигархов, которые категорически против разделения, следовательно, сомневаюсь, что восточные деятели, те же харьковцы и другие, пойдут на разделение.
Есть также второй фактор – у России нет определенной позиции. Мы надеялись, что, во всяком случае, Европа подумает о том, что она делает, и не будет пытаться создавать для себя хаос и стратегическую проблему в Украине. Эти наши надежды не оправдались, но мы были заняты Олимпиадой. Возможно, Россия определит четкую позицию, и не удивлюсь, если она будет жестче, чем прежде. Если раньше мы со стороны наблюдали и вели себя достойно, то сейчас будем жесткими.
— Что Вы имеете в виду под словом «жесткий»? Очевидное силовое вмешательство?
Нет. Возможно, что мы поддержим некоторых деятелей Восточной Украины, в информационном и финансовом смысле, мы найдем адекватного лидера, конечно не Януковича, хотя я в этом сомневаюсь, так как в Украине все элиты таковые. Они не состоявшиеся. Мы можем поддержать, у нас есть различные варианты действий. События продиктуют шаги.
В этом направлении другой проблемой является то, что в Украине много внешних игроков. Европа может продвинуть подписание соглашения об ассоциации, однако, даже все участники Майдана понимают, что это глупость.
— Каким образом эти развития повлияют на постсоветское пространство?
— Руководители постсоветских стран должны понять, что слабость властей приводит к подобному развитию. Эти события будут иметь экономическое влияние, так как ожидается инфляция. Те постсоветские страны, которые хотят сбалансировать отношения с Россией при помощи Европы, должны быть осторожны, чтоб не удостоиться судьбы Януковича, который согласился, уступил свои позиции, и в результате подвергся капитуляции. Любая буферная страна должна сбалансировать свои отношения, я не утверждаю обратное, однако опора на ЕС резко компрометирующая, так как мы увидели, что Европа не выполняет свои обязательства. Когда Украина действительно подпишет это соглашение, и результаты будут известны, стремившиеся к этому станут более бдительными.
— В том же постсоветском пространстве выбор Армении пал на российский вектор, однако в Армении скептично относятся по поводу успеха Армении в этих союзах. Что Вы думаете об этом?
— У Армении нет выхода, понятно, кто именно удерживает Азербайджан, ясно, от кого полностью зависит армянская экономика и безопасность. У Армении нет альтернативы. Когда господин Саргсян пытался играть с Путиным, получил визит Путина в Азербайджан, после чего армянские власти в какой-то мере стали бдительнее.
