Сегодня 21-го марта лидер партии «Наследие» Раффи Ованнисян в ходе встречи с журналистами обратился к известным событиям 9-го апреля прошлого года и сказал, что у них не было ресурсов для того, чтобы сделать большее. «Мы без результата не готовы дать бессмысленные жертвы»,- сказал он.
Ованнисян еще раз отметил, что сейчас в отдельных офисах сидеть и критиковать друг друга, вести войны в социальных сетях – неэффективно, и нужно бороться за полноценную смену власти. «Эти несколько месяцев будут решающими. Я до сих пор не встречался с лидерами АРФ Дашнакцутюн и Армянского национального конгресса, хотя и выразил свою готовность.1-го Марта я присутствовал на митинге. Левон Тер-Петросян выступил с программной речью, однако с некоторыми вещами я не согласен. «Наследие» всегда выступала за радикальную смену власти. Потом он сказал, что Таможенный союз необратим, но я так не считаю. Какое решение ни примут власти, избранные народом, так и будет.
Кроме этого, я не могу делать суждений, я хочу, чтобы встреча четырех состоялась, и тогда я и представлю свою точку зрения, что нужна программа для радикальной смены власти – с конкретным графиком. Ничто не необратимо, так как тот путь, который сейчас выбрала Армения, приведет не только к экономическому упадку, но и к потере нашего суверенитета, нашей независимости»,- сказал Р. Ованнисян.
На вопрос о том, выйдет ли «Наследие» из формата «четырех», если остальные политические силы так и не потребуют отставки Сержа Саргсяна, Раффи Ованнисян ответил: «Пока нет полноценного формата «четырех» — для осуществления этого необходимо согласие лидеров четырех сил – я являюсь сторонником более ускоренных решений, нет причины выходить из формата вне парламента, а другой формат пока не состоялся, мы же не может выйти из чего-то, чего пока нет?».
В ответ на вопрос о том, как он считает, «Процветающая Армения» в конце концов, потребует ли отставки Сержа Саргсяна, Ованнисян сказал, что у него нет ответа на этот вопрос.
Он также добавил, что в «Наследии» не обсуждался вопрос возможного возвращения Кочаряна. Однако весьма примечательно, что с трибуны 1-го Марта ссылки на Кочаряна не было, прежде бывало».
