Приближается 28-ое апреля, и Тигран Саргсян усиленно пьет за «благословенный миг». Это направлено, по всей вероятности, больше на внутреннее потребление, чтобы система увидела, с каким воодушевлением Тиграна Саргсяна принимают и «провожают» из России. Как известно, в армянской власти Россия является своеобразной визитной карточкой – если она есть у тебя, то ты достаточно силен, являешься деятелем с «одобрением». В то же время, не исключается, что Тигран Саргсян сам нуждается в поддержке России и на данный момент делает шаги по окончательному включению Армении в Таможенный союз и обеспечению во вновь созданной внутрисистемной власти поддержку Кремля, чтобы не быть поглощенным во внутриармянский процесс разделения власти. В любом случае, становится ясно, что премьер-министр Тигран Саргсян явно работает по российскому направлению, что не может происходить просто так, или, что не могло быть обусловлено мелкими причинами.
Проблема, однако, в данном случае, не в правительственных и межправительственных интригах. Пусть это беспокоит Тиграна Саргсяна, его команду и его соперников. Проблема в данном случае – это сигналы, которые звучат в российский адрес со стороны властей в Армении. В этот горячий геополитический сезон, в этот исторический момент включения Армении в Таможенный союз, в Армении необходимо провести серьезные дискурсы, и одним из них, одним из главных и ключевых, должна быть именно геополитическая тематика, так как серьезные геополитические процессы приводят к серьезным проблемам для Армении и требуют по-настоящему адекватной позиции, а также общественной основы для этой позиции. С этой точки зрения, заявления о том, что геополитические интересы Армении и России совпадают, мягко говоря, путают одно с другим.
Прежде всего, премьер-министр Армении Тигран Саргсян при данных обстоятельствах, кажется, больше всех путает или отождествляет власть с обществом. Дело в том, что геополитические интересы Армении, как государства, и России явно не совпадают, особенно в последние шесть лет. В случае с властью, это, конечно, было одно и то же, и в 2008-ом году власти Армении попытались сыграть на гармоничности этих интересов и совершили несколько роковых ошибок в карабахском процессе и в армяно-турецких отношениях. Армения, отдавая дань российским играм с турецко-азербайджанским тандемом, была вовлечена в процесс «отфутболивания». Кстати, примечательно, что он начался именно по инициативе Москвы, когда во время своего российского визита Серж Саргсян заявил о «футбольной» дипломатии, пригласив Гюля в Ереван. Затем, через несколько дней после ереванской встречи, стало известно, что Серж Саргсян даже предложил Гюлю особую роль в процессе урегулирования карабахского конфликта. Эти нежелательные и судьбоносные процессы стало возможно предотвратить лишь благодаря геополитическим интересам Запада, так как, если бы Запад со своей заинтересованностью не включился в процесс и не направил бы его благополучно в тупик, Армения осталась бы между геополитическими интересами России и российскими договоренностями с турецко-азербайджанским тандемом, позволив Турции включиться в процесс карабахского конфликта, тем самым помогая России, поддержанной турецко-азербайджанским тандемом, изменить статус-кво посредников процесса.
Хотя русские, наверно, были намерены таким образом ослабить роль США, ожидая, что Турция в этом деле превратится в орудие, ослепленное своими амбициями, а затем было бы несравнимо легче управлять турками, чем американцами, которым или приходится уступать, или договариваться с ними по всем принципиальным вопросам. А на Южном Кавказе, кроме единоличных решений, все остальное для России уже воспринимается как провал и отступление. Вовлекая Турцию в регион, Россия, наверно, пытается обеспечить для себя перспективы для единоличных решений, надеясь, что оставив США за пределами активного процесса с помощью Турции, она сможет впоследствии оставить за дверью также Турцию. А орудием или ресурсом России в этом вопросе была Армения, которая сначала должна была служить приманкой для Турции, а затем должна была стать дубинкой или преградой для Турции.
Вот в чем заключаются российские авантюристические геополитические интересы! И если даже после аннексии украинского Крыма говорят, что интересы Армении совпадают с ними, то здесь, конечно, остается лишь недоумевать. Это, конечно, в смысле ситуации, которая пока не изменилась и до сих пор заметна, хоть и с меньшим энтузиазмом. А в более широком геополитическом контексте становится очевидно, что Россия в регионе давно играет деструктивную роль и, как показывает украинский кризис, не имеет никакого желания обратиться к технологическим механизмам для распространения своего влияния в регионе. Политика модернизации является абсолютно неприемлемым методом в региональной политике России, в то время как модернизация для Армении является жизненной необходимостью. А без международного контекста перспектива модернизации становится наиболее мифичной.
Следовательно, логика подсказывает, что Армения и Россия пока не могут иметь совпадающие геополитические интересы, если тактическая целесообразность диаметрально противоположна. Другой вопрос, когда Россия обязывает Армению применять принципы, противоречащие тактической целесообразности нашей страны, а следовательно, и стратегическим целям. Но в данном случае уже необходимо говорить не об Армении и России, а о ценностной тождественности правящих систем России и Армении.
