Общественность Армении, сбрасывая с себя тяжелое бремя, связанное с угадыванием имени премьер-министра или сведений, связанных с этим, теперь вынуждена нести аналогичное бремя в плане угадывания состава нового правительства. На этот раз срок более длительный – 20 дней.
Все спрашивают друг друга о том, сколько министров сменится, какие именно министры, кто будет назначен, из какой партии, будут ли ППА и АРФД в составе правительства, будут официально, или формально, как, например член ППА в одно время был министром спорта. Сказать, что все это совершенно неважные вопросы, безусловно, неправильно, потому что в руках этих субъектов оказалась государственная власть, и противопоставляемое ей, так называемое, оппозиционное поле, следовательно, события, происходящие здесь, так или иначе, влияют на жизнь общества и государства, становятся решениями и осуществляются.
В целом, однако, ясно, что процессы, происходящие здесь, не имеют никакого отношения к проблемам общества. Казалось бы, что это предложение довольно часто звучит в различных общественных форматах. И кажется, что оно перестало что-то значить, скорее, это автоматически произнесенная оценка ситуации. На самом деле, однако, это предложение является основой событий, происходящих в Армении, которая, однако, нуждается в необходимости полного общественного сознания. Предложение, что озвучивают различные авторы, то есть, оценка ситуации очень меткая, просто до широких слоев общественности она не доходит, то есть, люди не уверены, что происходящее не имеет к ним никакого отношения, они сами должны найти новые механизмы и рычаги для урегулирования собственной жизни и жизни государства. Другими словами, существует проблема, которая состоит в том, чтобы довести меткую и точную оценку до сознания широких слоев общественности.
Что происходит? Серж Саргсян пытается выиграть время, в условиях сложной внутриполитической ситуации, и одновременно поставить задачи перед своими, так сказать, соперниками. Смена премьер-министра, и назначение Овика Абраамяна вместо Тиграна Саргсяна, является одним из важных шагов в этом деле, который, по крайней мере, поставил перед серьезными пересмотрами неправительственную четверку , словарный запас которой становится все более угрожающим.
Проблема не в том, чтобы бояться, или не бояться этих слов, потому что, в конце концов, нужно быть невменяемым, чтобы не обращать внимания на такие вызовы. Что-что, но Серж Саргсян не невменяем. Следовательно, он каким-то образом, должен был отреагировать на жесткую лексику четверки. Серж Саргсян обычно старается отвечать нежесткими методами. Во всяком случае, эта его тактика заметна еще с 2008-го года. Это не от того, что жесткость для Саргсяна неприемлема. Просто, у нынешней власти другие ресурсы, другая общественная ситуация и внешние реалии, и для властей применение жестких мер может привести к серьезным осложнениям, чем это было в прошлом. В то же время, для Сержа Саргсяна, кажется, окольные пути являются наиболее предпочтительным стилем работы, поскольку, таким образом, проблемы можно решить без образования для него дополнительных, или более сложных проблем, одновременно, поставив перед задачей соперников или противников.
Мы можем быть уверены в том, что, если эти механизмы, эта тактика не сработает, или не даст желаемых результатов, то Серж Саргсян без колебаний обратится к насильственным методам, чтобы сохранить власть. С этой точки зрения, он в своем стиле пытается обойти острые углы, одновременно поставив задачи перед соперниками. Очевидно, что назначением Овика Абраамяна он поставил эти задачи, поскольку неправительственные силы сегодня стоят перед поиском оси сохранения консолидации, поскольку ось ниже уровня недоверия премьер-министру была бы смешной, а выше – уже стоит Серж Саргсян, чего избегал и избегает ППА.
В то же время, Серж Саргсян пытается также внутри РПА сделать определенную перестановку ситуации, создавая, так сказать, беспорядочную ситуацию, когда могут невольно раскрыться новые проявления поведения. Все это, начиная с 2008-го года, в глобальном смысле, является ответом Сержа Саргсяна его главному сопернику – Роберту Кочаряну. Поскольку, Кочарян не только не ушел с политической арены, но и в результате ряда объективных и субъективных обстоятельств, сегодня, по сути, является почти единственным деятелем, способным бросить вызов власти Сержа Саргсяна, хотя бы и относительный.
Итак, какие могут быть ожидания у общества от всего этого? Возможно, конечно, ожидать, что время от времени, в условиях атак и контратак, стороны попробуют обратиться к нему за помощью, и он получит за это вознаграждение, скажем, в виде какого-либо благоприятного социального или правового решения, красивого обещания, или благотворительности и так далее. А чего хочет общество? Если общество хочет «наниматься» в одном из полюсов, то ситуация благоприятная. Однако, является ли именно это проблемой общества в Армении – в своем собственном государстве наниматься у того или иного политического полюса. Или общество само является хозяином страны, и политические силы и полюса должны сами стать «наемными работниками» общества. Во всяком случае, основательные решения вопросов развития, безопасности, экономической конкурентоспособности, культурной и технологической модернизации, может добиться то общество, которое само является хозяином.
