В последние годы 24-ое апреля сопровождалось обсуждением не только Геноцида армян со стороны Османской империи, но и армяно-турецкой футбольной дипломатии. Вспомним, что именно в преддверии 24-го апреля произошла эта дипломатическая, так сказать, первая ночная вспышка, когда накануне годовщины геноцида было опубликовано армяно-турецкое заявление о дорожной карте.
Затем, 31-го августа 2009-го года, еще одна ночная вспышка произошла, и уже была опубликована карта. А перед этим, 22-го апреля, футбольной дипломатией, которую начала Армения, Турция нанесла первый удар армянам, заявив накануне 24-го апреля о дорожной карте, таким образом, отвлекая всемирное внимание от вопроса о признании геноцида. После этого, в 2010-ом году, в преддверии 24-го апреля, президент США Барак Обама пригласил в США президента Армении Саргсяна и премьер-министра Турции Эрдогана для встречи по случаю ядерного саммита. Это было в середине апреля 2010-го года. По большому счету, встреча ничего не изменила, кроме того, что, в очередной раз дала возможность отклониться от темы признания геноцида. А уже накануне апреля 2011-го года, Серж Саргсян заявил о заморозке армяно-турецких протоколов, после того, как Турция на протяжении многих месяцев не ратифицировала эти протоколы, подписанные 10-го октября 2009-го года, по сути, показав, что Еврокомиссар Солана напрасно тянул за щеки немного смущенного министра иностранных дел Армении Эдварда Налбандяна.
Вчерашнее 24-ое апреля тоже, кажется, прошло без армяно-турецких излияний, если не считать вчерашнее заявление-призыв Эрдогана, критику армянской стороны относительно этого и радость международного сообщества. Армяно-турецкие протоколы, между тем, продолжают оставаться в повестке дня обеих стран, и, хотя они заморожены, тем не менее, пока они существуют, нужно полагать, что в один прекрасный день могут выстрелить, как оружие, висящее на стене у Чехова. А если это оружие вдруг выстрелит, то, в первую очередь, может попасть в армянскую сторону, потому что в армяно-турецких протоколах вовсе не проблема подкомиссии историков должна беспокоить армянские государственные интересы.
Дело в том, что в протоколах также четко закреплена проблема взаимного признания границ. Причем, мнение о том, что в дипломатической практике невозможно установить отношения без признания границ, немного преувеличено, потому что в той самой практике известны многочисленные примеры, когда государства, хорошо и доброжелательно относятся друг к другу, но нет взаимного признания границ, и не существует никаких проблем в связи с этим. Однако, кроме этого, армяно-турецкие протоколы представляют опасность, о которой до сих пор ничего не говорится, или мало говорится, что, однако, является довольно существенным обстоятельством.
Дело в том, что хотя, установлен точный срок открытия армяно-турецкой границы, но с точки зрения использования этих границ нет временных ограничений. То есть, существует отправной срок для обсуждений условий, но не установлены сроки продолжительности этих обсуждений. Например, сколько времени могут Армения и Турция в рабочих группах межправительственной комиссии обсуждать условия, связанные с грузоперевозками, и с передвижением на границе. Ведь Турция может постоянно тянуть с этим, используя процесс в свою пользу. В конце концов, ясно, что для Армении важен результат, а для Турции – процесс. Хотя, с другой стороны, ясно также то, что конкретно для властей Армении процесс не менее важен, чем результат, и, следовательно, их может удовлетворить только процесс, поскольку это источник обеспечения международной легитимности, что является одним из главных мотиваций для властей Армении во всей этой истории.
Таким образом, очевидно, что армяно-турецкие протоколы для Армении неблагоприятны не только отдельными положениями стратегического политического значения, но и структурой и установлением окончательного четкого графика, в случае нарушения которого предполагалось бы какое-либо наказание. В настоящее время часть экспертов в вопросе восстановления армяно-турецких протоколов настроены пессимистично, считая, что они вряд ли восстановятся в прежнем виде, и, если будет обновление процесса, то появится какой-либо документ нового содержания. Возможно, конечно, но, пока существующие протоколы подписаны, и находятся в повестке дня, то все равно, даже в условиях сильной заморозки, будут восстановлены именно они. И большая вероятность того, что инициативу восстановления проявит Турция, которая попытается в ближайшем будущем предпринимать шаги для обновления армяно-турецкого процесса, чтобы смягчить возможную жесткую атмосферу в мире в связи со 100-летней годовщиной Геноцида в следующем году, когда в отношении Турции может увеличиться давление по поводу признания геноцида.
Турция, вероятно, хранит протоколы именно для этого периода, в качестве инструмента для смягчения международной атмосферы. Пойдет ли Армения навстречу этому возможному шагу Турции? Естественно, будет важно то, какой позиции ожидают сверхдержавы от Армении, захотят ли они, чтобы Турция смягчила атмосферу, или попытаются воспользоваться случаем, и ужесточить свое отношение к Турции.
В этом вопросе тоже очень многое зависит от проблем, связанных с Сирией и Ираном, от степени общего развития ситуации на Ближнем Востоке, поскольку, этим обусловлено вопрос роли и веса Турции в регионе, и вообще в мире. Другими словами, проблема, которая в настоящее время заморожена, в следующем году может стать, возможно, более актуальной и существенной, чем была 1-2 года назад. И, несомненно, обществу Армении необходимо в этот раз быть более подготовленным к этим событиям, и не оставлять их только на усмотрение интересов конъюнктуры власти, чтобы в дальнейших процессах государственные интересы не только не получали удары по перспективам, а могли вернуть обратно потерянное, и даже выделиться эффективностью их обслуживания.
