Первый Информационный обратился к эксперту Армянского Центра по стратегическим и национальным исследованиям Эдгару Варданяну со следующим вопросом:
“Одно из обвинений в адрес Армянского Национального Конгресса заключается в том, что эта политическая структура не всегда принимает прозрачные решения, и политические решения принимаются со стороны ограниченного числа лиц. Принимая во внимание то обстоятельство, что власти располагают большим опытом и широким арсеналом для установки “мин” в оппозиционном поле, применима ли такая демократическая модель оппозиции, которая существует, скажем, в скандинавских странах, в такой авторитарной стране, коей является Армения?”
Г-н Варданян сказал следующее: “Интересный вопрос. Если решения принимаются в закрытой системе, и решения принимаются со стороны одного или нескольких человек, а общественность не в курсе этих решений, то, следовательно, она не может и контролировать этот процесс. Вторым обстоятельством является то, что возникает дефицит доверия, появляются сомнения по поводу того, что возможно данная политическая сила имеет некие другие намерения. Третьим обстоятельством является то, что нет никакой гарантии, в том, что даже при принятии решений в ограниченном кругу людей, не произойдет информационной утечки. Если общество участвует в принятии решений, то даже в условиях репрессий со стороны властей, позиция оппозиции будет оставаться чрезвычайно сильной. Если общество не участвует в принятии решений, то оно не может и защищать, поддерживать эту силу.
Я думаю, что существуют отдельные процессуальные решения, которые могут приниматься со стороны строго ограниченного числа лиц. Но общие, основные решения должны приниматься открыто, прозрачно, при участии народа. Мировой опыт показал, что серьезных результатов люди добивались именно таким способом.
Приведу один пример. В условиях такой тоталитарной политической системы, которая существовала в Польше в 80-х, появилось политическое объединение “Солидарность”, которое начало движение в среде трудящихся и поставило перед собой цель создания независимых профсоюзов. Они поставили задачу ослабить цензуру и обеспечить свободу слова. Они объявили забастовку и выдвинули свои требования. Затем, они заявили, что не уйдут (с площади) пока не будут удовлетворены их требования. И в условиях такой жесткой тоталитарной системы, руководители страны явились к бастующим и организовали нечто вроде “круглого стола”. За стол переговоров сели, по одну сторону – представители “Солидарности”, по другую – члены правящей коммунистической партии. Имели место переговоры, и эти переговоры транслировались по радио. Все бастующие слушали и наблюдали за тем, что там происходит. Переговоры завершились, участники вышли и подписали декларацию, а народ на протяжении нескольких часов слушал прямую трансляцию. Представители “Солидарности” продолжали утверждать, что пока их требования не выполнят, они не прекратят акцию, не разойдутся. Затем они вышли из комнаты переговоров, с фактическим документом в руках, который был рожден в ее стенах, и народ восторженно встретил Леха Валенсу и его соратников. Таким образом, оппозиционное движение может достичь успеха, если ведется публичная борьба. Другого пути не существует”.
