Русская служба Радио Свобода опубликовала интервью с профессором Центра стратегических исследований Ближнего Востока и Южной Азии Национального оборонного университета США Мурхафом Жуежати, в котором обсуждается внутриполитическая обстановка в Сирии. Экспертом даются примечательные характеристики основным силам во внутриполитических раскладах страны, а также даются краткие исторические справки, что представляется важным для понимания бурных процессов в стране, недалеко расположенной от нас, где проживает многочисленная армянская община.
По мере того, как президент Сирии аль-Асад ужесточает контроль над страной и посылает все новые армейские и танковые части в мятежный город Дераа, начала проявлять активность сирийская оппозиция в эмиграции, рассказывает ведущая программы Ирина Лагунина. В Стамбуле во вторник и в среду прошла встреча сирийских оппозиционных групп, после которой один из ее организаторов, Мульхам Альдроби попросил западного вмешательства в ситуацию и заявил: “Народ Сирии достоин получить свободу и уважение, как все остальные люди мира. Кровопролитие в Сирии должно немедленно прекратиться, пыткам и незаконным арестам надо положить конец”
По некоторым данным, аналогичная встреча в ближайшие дни должна состояться и в Москве, продолжает автор передачи. Между тем в самой Сирии, судя по публикациям в прессе, происходят и определенные политические процессы, которые внушают беспокойство правозащитникам и оппозиции. А именно, президент аль-Асад, по их утверждению, начал использовать фактор религиозного разнообразия страны для того, чтобы удержаться у власти. Г-жа Лагунина спрашивает: “Насколько опасна в Сирии игра на религиозных чувствах? Или все-таки политика построения в последние 40 лет светского государства исключает возможность межрелигиозных столкновений?”
Мурхаф Жуежати считает, что это – серьезный и опасный поворот событий. В Сирии у власти режим, который пытается использовать межконфессиональные отношения для того, чтобы запугать народ. Они сейчас говорят о том, что, если это движение к демократии и свободе продолжится, то в стране будет межконфессиональная война. Они говорят алавитскому меньшинству, что, если сменится правительство, то это меньшинство пострадает, это с одной стороны, а с другой, они заявляют суннитскому большинству, что алавиты не допустят перемен. Разыгрывать эту карту исключительно опасно. В Сирии есть раздел общества по религиозному признаку. И единственное, что удерживало страну как единое целое – это политика светского государства. “Хотя должен подчеркнуть, — говорит г-н Жуажети, — что сами протестующие против этого режима говорят о единстве общества против режима, который подчинил себе страну”.
Собеседники затронули также историю взаимоотношений суннитов и алавитов в Сирии, напоминая, что в какой-то момент на части территории нынешней Сирии существовало отдельное свободное Государство алавитов, которое присоединилось к Сирии чуть позднее – в 30-х годах прошлого века.
Мурхаф Жуежати говорит, что в Сирии во времена господства Османской империи доминировали сунниты. Но религиозный вопрос в стране не стоял. Религиозный вопрос встал в повестку дня только после того, как Османская империя проиграла Сирию союзникам и Сирия оказалась под французским мандатом. Французам было выгодно углублять различия внутри самого сирийского общества. Именно поэтому страна была поделена на отдельные территории и даже государства. Так что на короткий исторический промежуток алавиты получили свое государство, Дамаск – свое, Халеб – свое. Именно французская политика “разделяй и властвуй” дала зеленый свет религиозным разногласиям, говорит профессор Жуежати: “Но, тем не менее, Сирия после освобождения от французского господства объединилась, и ей опять стали управлять сунниты. И так продолжалось до 60-х годов, до возникновения партии Баас, партии Арабского социалистического возрождения. Партию в большом количестве поддержали сирийские меньшинства – алавиты, христиане, друзы и так далее, — потому что партия давала им равенство перед законом. Постепенно к алавитам стал переходить и контроль над армией – хоть и не без попыток военных переворотов. Но в результате именно алавиты стали основной силой правящего режима”.
Эксперт отмечает также, что алавиты на самом деле были обнищавшей прослойкой населения. Крупные землевладельцы-сунниты нанимали их в качестве подсобных рабочих. “И вы правы, алавиты находились в ущемленном и подчиненном положении. Так что в дополнение к религиозным разногласиям между суннитами и алавитами существовал классовый конфликт. Конечно, я в данном случае немного обобщаю. И все не так уж просто. Но в целом это был классический пример эксплуатации”, — говорит профессор Жуажети и продолжает, что некоторые наиболее радикальные суннитские элементы рассматривали алавитов как еретиков, в лучшем случае, как боковую ветвь исмаилитов в шиитском Исламе. “Так что есть небольшое число радикальных суннитов, которые не признают алавитов как мусульман. Но большинство все-таки считают их последователями исламской веры. Так что схизма здесь есть, и именно этот раскол или религиозные различия, на мой взгляд, и пытается использовать нынешняя власть для того, чтобы выжить”.
Ведущая передачи привела отрывок из обращения Союза сирийских племен, в котором говорится: “…режим уничтожил национальную экономику, разграбил ресурсы страны, превратил их в частную собственность семьи аль-Асада, семьи Маклуфа, семьи Шалиша, семьи аль-Асхад, семьи аль-Акрас”. Это заявление представляется весьма любопытным, потому что оно проливает свет на клановую, племенную структуру Сирии, подчеркивает ее, а не религиозные различия, отмечает Ирина Лагунина.
Эксперт-арабист поясняет, что в дополнение к религиозным различиям в сирийском обществе есть раздел и по социальной линии, и по линии кланов и племен. И племен в Сирии немало. “Но вот это обвинение, которое вы привели, исходит не столько даже от племен, сколько от большинства сирийских граждан. Одно из требований к режиму – остановить коррупцию. В последние годы коррупция драматическим образов выросла из-за того, что те, кто находится у власти, получили необычайные привилегии и раздали богатство своим семьям, друзьям и приятелям”, — подчеркнул Мурхаф Жуежати.
При этом, он отметил, что хотя племена и не играют в этой стране столь важную роль, как в Ливии, аль-Асад пытался кооптировать лидеров определенных племен, раздавая им привилегии и посты в правительстве и армии.
Собеседники затронули вопрос нынешней сирийской оппозиции, о которой известно очень мало. Профессор Жуежати говорит: “Насколько я понимаю, это различные комитеты, представляющие одно движение молодых людей, технологически продвинутых и организующих протест снизу. Это – не продукт какой-то политической партии”. Эксперт заключает: “Мне кажется, что должно пройти время, чтобы зазвучали какие-то политические голоса тех, кто попытается вскочить на подножку и использовать ситуацию”.
Источник – Радио Свобода
