Чемпион мира по шахматам, видный деятель российской оппозиции Гарри Каспаров накануне дал интервью азербайджанскому информагентству Turan. Oн ответил также на ряд вопросов, касающихся карабахской проблемы. Азербайджанская служба Радио Свобода опублиовала данный фрагмент, который представляем без сокращений:
— В Азербайджане бытует мнение, что Гарри Каспаров не враг, но и не друг Азербайджану. Что Вы можете сказать по этому поводу?
— Все не так однозначно. Просто надо помнить, что я — человек, который родился и вырос в Баку, пережил январь 1990 года, и у меня есть масса родственников, который пережили то же самое, и сейчас живут в разных других местах. Все это не могло не наложить свой отпечаток, но я не забываю, что я прожил значительную часть своей жизни в Баку.
— Что Вы скажете относительно Карабахского конфликта?
— Я против насилия сейчас, и был против всегда. Я был также против этого движения (карабахского – ред.) в самом его начале. И я хочу, чтобы меня правильно понимали. Я сторонник интеграции, решения вопросов мирным путем и на основе учета взаимных интересов. Поэтому, я против военного решения этой проблемы, и если война начнется, я будут против этого.
Пролилось достаточно крови. Но я не хочу сказать, что у меня есть решение или рецепт решения проблемы. Просто, при таких серьезных конфликтах нахождение решения не бывает быстрым и легким. Наверное, должно пройти определенное время и вырасти новое поколение. Люди с обеих сторон должны согласиться, что события 1988-1994 гг. остались в истории.
— Вы полагаете, что Азербайджан должен смириться и дальше жить с оккупированными территориями или признать Карабах?
— Нет, я думаю, что в нынешней ситуации нахождение взаимоприемлемого решения затруднено и должна измениться ситуация, что-то должно произойти в мире и регионе, чтобы решение стало возможным. Я хочу напомнить, что я говорил о Карабахском движении и самом конфликте. Посмотрите мои выступления на эту тему конца 80-х годов, когда все началось. И даже после января 1990 года, когда я вынужденно уехал в связи с известными всем событиями, и в Баку ввели войска, я ввод войск не оправдывал, а осудил.
Я полагаю, что конфликт получился такой затяжной потому, что центральная власть всегда использовала эти события для своих целей. Не забудем, что империя разваливалась, и центр использовал все это, а также конфликты в Абхазии и Осетии, Приднестровье, чтобы не допустить развала СССР.
— Вот, прошло 20 лет, и позиции сторон не изменились. Почему Вы думаете, что в будущем армяне добровольно откажутся от Карабаха, или Азербайджан согласиться его отдать?
— Я хочу вернуться назад и сказать, что мир меняется и геополитические завязки, которые были невозможны вчера, сегодня становятся явью. Надо работать в этом направлении и искать выход именно там.
Против войны я выступаю потому, что война имеет свою логику, отличную от всего остального. В данном случае, я не верю, что будет локальная и ограниченная война. Не будет так, что освободят территории, а армянам дадут автономию. Война будет вестись до нулевого варианта, и там не будет никакой автономии. Есть вещи, которые не преодолеваются боевыми действиями, любая пролитая кровь только отодвигает решение проблемы.
Кстати, этот конфликт сейчас тоже используется властями Азербайджана и Армении для укрепления своих позиций и обогащения. Поэтому, демократический Азербайджан будет ближе к решению этой проблемы, нежели сейчас.
Я думаю, что последним завещанием Гейдара Алиева Ильхаму было такое: грози войной, но не воюй. И он воевать не будет.
— Почему Вы так думаете?
— Вот давайте представим, что он начал военные действия и выиграл войну. Что будет дальше? Возникнет новая ситуация, и нужно будет всем объяснять, почему надо воровать такое количество денег?
Нынешний статус-кво устраивает и Баку, и Ереван, где угрозу войны используют в одинаковых целях. И в Ереване у власти те, кто оказался наверху, благодаря войне, и они тоже хотят эту власть удержать. Поэтому, урегулирование станет реальным, когда с политической сцены уйдут нынешние элиты и придут люди с другими воззрениями демократическими.
