Получилось так, что все дружественные нам страны, в том числе, Россия и Франция признали территориальную целостность Азербайджана. В ответ на этот подход власть Армении объясняет, что мы не можем и не должны требовать, чтобы наши друзья — стратегический союзник Россия и многовековой защитник Франция, скажем, не имели хорошие отношения с нашим противником – Азербайджаном. Безусловно, мы не можем.
Не можем как с моральной, так и психологической точки зрения. С физической точки зрения мы ничего не смогли потребовать от России, когда там наши соотечественники один за другим стали жертвой националистов, а убийц один за другим начали оправдывать в судах. С моральной точки зрения, мы, безусловно, не можем сказать России и Франции, чтобы они не дружили с Азербайджаном. Однако, одно дело – дружба, совсем другое, когда в рамки этой дружбы вписываются формулировки, которые подчеркивают, что дружба развивается за счет интересов Армении.
Если сегодня Россия и Франция для установления хороших отношений с Азербайджаном, имеющим значительные энергетические ресурсы, теоретически уступают интересы Армении – лишь в форме заявлений, то никто не может гарантировать, что завтра эти уступки не будут применяться на практике. Более того, у них, фактически, уже были практические проявления. Достаточно вспомнить то, сколько раз в ПАСЕ и ООН Россия и Франция проголосовали за проазербайджанские документы и инициативы. Проблема не только в том, что в составе России тоже есть сепаратистские угрозы.
Москва сегодня достаточно сильна, чтобы предотвратить или подавить их. И, кроме того, пример Косово показал, что, в конечном итоге, выражения “а вы?” или “а мы?” в практике международной политики отнюдь не являются признаком профессионализма. Следовательно, когда Москва и Париж признают территориальную целостность Азербайджана, вряд ли это обусловлено беспокойством их внутренней целостностью. Маловероятно и то, что это такое заявление, которое лидеры государств не могут не сделать, как отмечается властями Армении. Если мы руководствуемся подходом “не могут не делать”, то дипломатия, внешняя политика становятся тут лишними.
Однако, с другой стороны, конкретно – в отношении России, внешняя политика, фактически, давно стала излишней, и, пожалуй, можно всего лишь переместить армяно-российские отношения в сферу министерства экономики, ибо у России и Армении нет других отношений, кроме как отдавать-забирать тот или иной рудник, предприятие или сферу.
