Несмотря на то, что в Казани состоялась очередная трехсторонняя встреча по урегулированию Карабахского конфликта, тем не менее, сегодня важно не то, что произошло в Казани, а то, что произойдет после Казани.
Что случится, если подпишется какое-то соглашение, и что случится, если такого соглашения не будет? Если подпишется, то, безусловно, стороны перейдут к разработке так называемого Мирного соглашения. В таком случае, какие политические трансформации происходят внутри страны: что происходит в Азербайджане, где оппозиция в последнее время проявляет активность? Что происходит в Армении, где ситуация, кажется, гораздо более четкая и известны позиции политических сил? Какие изменения поведения предполагает это подписание в политическом поле Армении? Что сделают Дашнакцутюн и Наследие, как себя поведет Роберт Кочарян?
Именно эти силы выступают с так называемых «бескомпромиссных» позиций в вопросе Карабаха. Что сделает Конгресс, который, критикуя тактику властей в вопросе Карабаха, в стратегическом смысле, тем не менее, приветствует компромиссное решение. Что должны сделать те силы Конгресса, которые имеют идеологические разногласия в этом вопросе?
Это, пожалуй, довольно интересные вопросы, ответы на которые, кончено, трудно найти в небольшом формате, однако очевидно, что подписание содержит в себе потенциал довольно больших политических сдвигов, чего власть Армении, а также страны-посредники, не могут, или, пожалуй, не могли не учесть до Казани. Что же касается возможных развитий в случае, если не подпишут, то здесь, пожалуй, возникает вопрос, будет ли война, или, тем не менее, завершится этап российской “трехсторонности” и посредники поищут новые форматы и идеи?
Вероятность войны действительно существует. Но это, естественно, будет не отчаянное решение Азербайджана, а через согласие посредников. Если они не найдут идеологические выходы, то возможно спровоцируют небольшую военную ситуацию, дабы изменить ситуацию или стимулировать новую волну переговоров, когда, например, после бесплодных временных столкновений снова сядут за переговорный стол. Вряд ли кто-то допустит длительную войну, так как у сверхдержав и без того много горячих конфликтных головных болей, и вряд ли кто-то осмелится взорвать пороховую бочку, коей является Южный Кавказ.
Однако, локальная, короткая война является лишь одним из возможных развитий, но отнюдь не самым вероятным, или, тем более, единственным. В конце концов, с точки зрения вероятности более возможна перспектива форматного изменения, когда скажем, Минская группа попытается или расшириться, или начать параллельные процессы. Тем не менее, не только подписание, но и неподписание в ближайшем будущем обещает довольно интересные развития.
