Азербайджанское издание 1news.az опубликовало интервью с профессором международных отношений Университета Оксфорда Нилом МакФарлейном, в котором он ответил на ряд вопросов журналиста, “возмущенного” по поводу цахкадзорского заявления Сержа Саргсяна.
Представляем текст интервью без сокращений из сайта издания:
— Как бы Вы оценили “завещание” президента Армении молодым армянам решить вопрос «возвращения исконных армянских земель» в нынешней Турции, после того, как поколение самого Саргсяна якобы решило вопрос возвращения Карабаха?
— Я полагаю, что это заявление было сделано для определенной аудитории. С точки зрения внутриполитических причин и диаспоры, он не мог сказать, что вопрос Западной Армении является неуместной мечтой. С точки зрения же внешнеполитических причин, он не мог сказать, что этот вопрос находится в повестке. Разговоры о следующем поколении в действительности означают, что данный вопрос не стоит в повестке этого правительства. К слову, Армения не единственная страна, которая лелеет мечты о воссоединении территорий, которые в обществе считаются принадлежащими им.
— Кстати, это заявление вызвало реакцию турецкого руководства, премьер Эрдоган даже сказал, что Саргсян должен извиниться за свои слова. Это реально?
— Нет. Возможно Эрдоган и верит в это… Хотя, это именно то, что он обязан был сказать. Но, ни к чему существенному это требование не приведет.
— Но ведь слова Саргсяна явно не пойдут на пользу процессу примирения Турции и Армении, который и без того заморожен?
— Да, это усилит оппозицию данному процессу в самой Турции. Но я не считаю, что кто-то воспринимает данный процесс серьезно в настоящее время.
— Как вообще это заявление армянского руководителя повлияет на перспективу нормализации отношений Армении с ее соседями?
— Данные перспективы и без того были не очень-то и обнадеживающими. Не думаю, что это его заявление имеет какое-то особое значение в данном контексте.
— Означает ли дерзкая риторика армянского президента, что Азербайджану не остается иного пути вернуть Карабах, кроме как путем военных действий?
— Не думаю. Саргсян сказал, что это вопрос будущего, но не сегодняшнего дня. Совершенно ясно, что его заявление не имеет практических последствий.
— Так или иначе, Россия заявляет о намерении продолжить посредничество в карабахском урегулировании. Верите ли вы в успех этой миссии?
— Это маловероятно. Казанская встреча напомнила мне встречу в Ки-Весте. Похоже с тех пор немногое изменилось. Препятствия все еще сохраняются. На мой взгляд, избирательный процесс в России несколько притормозит их посредническую миссию. А в случае смены власти, Карабахский вопрос может занять менее приоритетное место в российской внешнеполитической повестке.
— Что является наилучшим международным механизмом для установления, наконец, мира и спокойствия на Южном Кавказе? Формата ООН и тем более ОБСЕ с его консенсусным принципом принятия решений, как видно, для этого недостаточно…
— Я думаю, ошибочно полагаться на международные механизмы. Последние двадцать лет показывают, что ключи к обеспечению мира лежат в регионе, а не за его пределами. Международные организации могут способствовать (и, конечно, препятствовать) этому, но они не могут и не станут «производить» мир.
