“В ходе диалога разные представители Армянского Национального Конгресса озвучивали опасения. К сожалению, я не могу исключать, что в Конгрессе придерживались единого мнения по поводу этого процесса. Хотя там были силы, которые считали, что диалог не входит в их планы, а также были люди, которые считали, что для них опасен тот ход обсуждения, который неизбежно должен был начаться после обнародования нашего документа”, — такое мнение сегодня выразил в беседе с журналистами депутат НС от фракции РПА, представитель коалиционной делегации Гагик Минасян по поводу решения Армянского Национального Конгресса о временном прекращении диалога с властями.
Что же касается состоявшихся шести раундов диалога, то по оценке господина Минасяна, они поговорили только с пятью представителями Армянского Национального Конгресса, ну а поскольку Конгресс довольно большая организация, то г-н Минасян затруднился дать общую оценку политической силе, с которой они вели диалог. А вот своих коллег по коалиции господин Минасян назвал довольно серьезными политическими деятелями: “Однако для более подробной оценки необходимо обсудить и другие действия, что, как мне кажется, сегодня нецелесообразно, поскольку мы сейчас находимся на довольно щепетильном этапе, и необходимо создать все благоприятные условия, для того, чтобы приостановленный процесс вернулся в свое нормальное русло”.
По поводу причины, побудившей Армянский Национальный Конгресс приостановить переговоры с коалицией, а также по поводу того, что представители делегации власти, в лице Давида Арутюняна, пообещали представителям делегации Конгресса поспособствовать положительному решению вопроса об изменении меры пресечения Тиграна Аракеляна, господин Минасян отметил, что ничего подобного и в помине не было: “Конечно, нет. Мы не давали никаких обещаний. Если бы такие уверения были, то во вступительной части представленных Конгрессом объяснений об этом было бы написано хотя бы несколько слов, однако ничего подобного там нет. Не могло такого быть. Все разговоры с Давидом Арутюняном велись в нашем присутствии, и ничего подобного не было”.
