Информационное агентство «Медиамакс» опубликовало объемистое интервью со вторым президентом Робертом Кочаряном. Интервью было записано утром 11 сентября 2018 года – до публикации записи телефонных разговоров руководителей Службы национальной безопасности и Специальной следственной службы, и презумпция невиновности подсказывает, что Кочарян должен был быть не в курсе прослушки и ее содержания. Но один эпизод в этом интервью, тем не менее, доказывает, что Кочарян был в курсе и о прослушке, и ее содержании, что еще больше усугубляет подозрения в том, что за этим скандалом стоит именно второй президент.
«… думаю, что Никол Пашинян пожалеет о том, что связался со мной. Не думаю, что запуганный судья первой инстанции, который рассматривал мое дело, так сильно меня ненавидел, что назначил процесс на 01:30 ночи. Я понимаю, кому это было нужно», — сказал Кочарян. Последний явным образом намекает, что информирован о каком-то событии, заинтересованности властей в его аресте, о «запуганном судье», на что в известной аудиозаписи намекает и Артур Ванецян. Кочарян делает не предположением или выносит политическую оценку, а выступает с утверждениями, что порождает серьезнейшие подозрения в том, что он был в курсе тех бесед, которые в те дни вели представители власти. Это еще больше подогревает подозрения, что Кочарян был как минимум информирован о содержании прослушки.
Но есть и другое примечательное обстоятельство. Кочарян говорит, что Никол Пашинян пожалеет, что «связался с ним».
Это – не критика в адрес премьер-министра, а очевиднейшая угроза, тем более, когда имя Кочаряна связывается с рядом нашумевших заказных убийств. Второй президент словно намекает, что он владеет теневыми рычагами влияния, и примечательно, что в этом контексте появляется скандальная аудиозапись, которая, пожалуй, может быть рассмотрена как «желтая карточка» властям. Вне всяких сомнений, что прослушка разговоров Артура Ванецяна и Сасуна Хачатряна – не единственная, и Кочарян, пожалуй, намекает на новые «сюрпризы».
В интервью «Медиамакс» в содержательном смысле новых разоблачений или заявлений нет, но Кочарян сделал несколько важных акцентов, которые полностью изобличают его образ.
Например, говоря о событиях 1 Марта, Роберт Кочарян сказал: «Те события следует рассматривать в более широком контексте. По сути, начало «1 марта» было положено 21 сентября 2007 года, когда Левон Тер-Петросян заявил, что будет участвовать в выборах 2008 года».
Кочарян в этом своем замечании очень откровенен: действующая в те времена оппозиция была изношена в моральном, политическом смысле, и не могла быть серьезной угрозой для властей, и Левон Тер-Петросян был последней надеждой общества, политических сил, посредством которого криминальной олигархии была брошена перчатка. Роберт Кочарян говорит именно это – поскольку Левон Тер-Петросян был реальной опасностью для власти, кровопролитие было неизбежным, иными словами, система была готова пролить кровь в целях сохранения своей власти. Фактически, Левон Тер-Петросян и его команда на своей шкуре ощутили, что бывает, когда «связываешься» с Робертом Кочаряном.
В своем сегодняшнем интервью Роберт Кочарян попытался обосновать, почему люди не должны подозревать его в вопросе 27 Октября. В числе прочих факторов, он сказал: «Не говорю уже о том, что я был вынужден лично вести переговоры с террористами, поскольку люди, которые должны были этим заниматься, просто сбежали оттуда». Кочарян привел обоснование, которое в действительности еще больше усиливает подозрения в том, что именно он был одним из организаторов преступления. Прежде всего, по привычке, второй президент манипулирует фактами: не он поспешил к террористам, а последние потребовали встречи с ним. И удивительно, что в уголовном деле не существует прослушки этой встречи – хотя и очевидно, что спецслужбы были обязаны это сделать по той простой причине, что первое лицо государства идет ба встречу с террористами, ставя под угрозу свою безопасность. Запись, без сомнения, существует, но она надежно оберегается, потому что «миссия» Кочаряна была связана с судьбой не взятых в заложники депутатов, а с судьбой террористов. Иными словами, Роберт Кочарян и Наири Унанян подвели итог первой части своего совместного плана, и условились о так сказать «капитуляции» террористов. Неслучайно, что во время судебного процесса по делу 27 Октября Наири Унанян периодически намекал, что Кочарян их «кинул».
Примечательно, что в этом интервью Роберт Кочарян, желая опровергнуть разговоры о своем четырехмиллиардном состоянии, невольно признался, что является олигархом. «Если говорить о возможностях всей семьи, думаю, что в Армении наберется пара сотен семей с сопоставимым уровнем доходов», — сказал он, косвенно признавшись, что свое президентство поставил на службу благосостоянию своей семьи – поставив ее в один ряд с 200 самыми богатыми семьями страны. Конечно, в этом вопросе Кочарян проявил не характерную для него скромность, что вскоре докажут правоохранительные органы – выведя на чистую воду историю его масштабных хищений.
