Итак, сегодня парламент Арцаха 28 голосами «за» избрал президента – Бако Саакяна, который завершает второй срок своего пребывания в этой должности. В Арцахе должны были состояться президентские выборы, и Бако Саакян не имел права в них участвовать, однако после четырехдневной Апрельской войны 2016 года в повестке Арцаха появился вопрос конституционных реформ – с тем, чтобы для эффективности управления был внедрен сильный президентский институт. Состоялся референдум, и выборы президента в 2017 году фактически, были отменены, так как был установлен переходной период до 2020 года – сильная президентская модель, отличающаяся от действующей модели, пока не завершится пятилетний срок деятельности нынешнего парламента по полупрезидентской системе. А до этого президента для переходного периода должен избирать парламент, что снимало ограничение для Бако Саакяна, в результате чего он и был избран президентом.
Первое, что в этой связи оказалось в ряду вопросов, возникших в обществе, это то, что этим самым, фактически, нарушается один из важнейших демократических принципов, который применяется во всех передовых демократических государствах, и на то, чтобы стать частью семьи этих государств претендует и Арцах, что также является преимуществом перед ханским Азербайджаном. А таким образом, это преимущество может оказаться под серьезнейшим риском. И теоретически, это уже так, что означает, что на практике Арцах для нейтрализации этого риска, пожалуй, должен «компенсировать» третий президентский срок Бако Саакяна ощутимыми шагами в направлении развития государственной и общественной демократической культуры, демократических институтов.
Это – важнейший залог военно-политической безопасности Арцаха, и упущение в этом вопросе может привести не только к политическим и экономическим, но и военным последствиям. В этом смысле Бако Саакян в ближайшие три года будет находиться под еще большей ответственностью, нежели за период двух предыдущих президентских сроков. И самое главное здесь, пожалуй, то, что он не должен допустить возникновения вопроса о четвертом сроке – в том смысле, что одним из первых шагов Саакяна в третий президентский срок должно быть исключение вероятности четвертого.
Из-за сроков не нужно подвергать риску безопасность и военно-политическое будущее Арцаха. У проблемы также есть и иная сторона, и здесь есть вопросы, касающиеся непосредственно управления, в том числе и вопрос о том, почему необходимость в нынешней ситуации возникла после Апрельской войны, тем более, что до нее в Арцахе даже поговаривали о вероятности перехода к парламентской модели управления – по примеру Армении.
Что произошло во время Апрельской войны? благодаря нынешним развитиям событий в некотором роде не признается ли ответственность и за неэффективное управление, которое Апрельская война разоблачила, и возникла необходимость в более прочной властной параллели? Или же война стала поводом всего лишь для решения проблем во власти – починив этому проблемы с эффективностью управления и демократией?
Вопросов действительно много, в том, числе и касательно участия властей Армении во всем этом – включая и то, что не обусловлено ли упрочнение вертикали власти в Арцахе не прошлым – четырехдневной войной, а будущим – каким-либо ожиданием в процессе урегулирования, когда, например, Еревану будет проще работать с таким Степанакертом, где есть несущий за все ответственность и наделенный очень большой властью один-единственный человек?
Конечно, круг вопрос не ограничивается представленными, и в то же время ясно, что никто в настоящее время не даст на них ответы. Ответы на них даст только время. Остается надеяться, что эти ответы не будут похожи на те «ответы», которые мы услышали во время Апрельской войны, и среди которых удовлетворяли только самоотверженность, преданность и боевая подготовка армянских солдат и офицеров, что в действительности еще больше подчеркнуло мягко говоря пробелы и упущения политического руководства в тылу.
