В Армении политические события, вызовы и проблемы вокруг нее, безусловно, не оставляют места для футбола, а если и оставляют, то только в контексте великолепных выступлений национальной сборной, свидетелями которых мы стали в прошлом месяце, что выводит нашу команду на первое место нашей европейской подгруппы в отборочных матчах чемпионата мира. Однако в эти дни в мировой футбольной жизни, особенно на европейском континенте, происходят изменения, которые могут повлиять не только на армянский футбол, но и на мировую жизнь в целом, учитывая преобладание и роль футбола в этой жизни, с точки зрения связей с общественностью и психологии.
То, что в современном мире спорт, особенно футбол, стал не второстепенной составляющей большой политики, очевидно давно, и прямо или косвенно подтверждено рядом эпизодов. В общественной жизни футбол фактически достиг уровня своеобразной “религии”. Другими словами, футбол — это ключевая сеть для организации отдельных государств и международной жизни в целом, имеющая огромное экономическое, политическое и психологическое значение.
А вот в Европе происходят события, которые, кажется, способны разрушить эту сеть, которая создавалась десятилетиями, систему, которая строилась десятилетиями. Так называемые, 12 лучших клубов из трех европейских стран — Англии, Испании и Италии — объявили о создании Суперлиги, в которой, по их замыслу, сыграют 20 сильнейших клубов. В Суперлиге уже есть президент — Флорентино Перес, президент испанского королевского клуба “Реал Мадрид”.
УЕФА жестко отреагировал на это решение. Это понятно, потому что создание Суперлиги — это, по сути, начало демонтажа УЕФА или, по крайней мере, чревато серьезной потерей финансов для европейской федерации, а значит, и влияния. УЕФА угрожает этим клубам санкциями. Пока не прямо, но, скорее всего, ФИФА займет жесткую позицию, поскольку успех футбольного восстания в Европе, несомненно, вскоре может распространиться на весь мир, что приведет к демонтажу мирового футбольного статус-кво.
Важность проблемы настолько велика, что даже лидеры государств высказываются об идее Суперлиги и критикуют ее. В частности, это сделал премьер-министр Великобритании Джонсон. Президент Франции Макрон приветствовал решение французских клубов, в том числе топ-клуба ПСЖ, не вступать в Суперлигу. По крайней мере, ведущие клубы другой ведущей страны Европейского Союза, Германии, в том числе Мюнхенской “Баварии”, еще не вошли в Суперлигу.
Несомненно, крах такой системы, как футбол, может привести к серьезным трансформациям европейской системы в целом. По большому счету произойдет крупное перераспределение капитала, что, в свою очередь, затронет ряд серьезных нефутбольных сфер жизни.
Стоит отметить, что владельцы больших клубов, инициировавшие создание Суперлиги, с разных сторон, от США до властей арабских стран и российской олигархии. В этом смысле создание Суперлиги — это не Брексит по своему политическому статусу, но по своей природе, по своему глубокому значению во времени и пространстве, оно может фактически сравниваться, если оно произойдет.
